— Хорошо хоть с ног не сбил, — Петрович, всё ещё тяжело дыша, подошёл ко мне. — Здоровый, зараза, полцентнера, не меньше. Ты как, цел?
— До кожи не достал, — повернул руку, разглядывая повреждения. На наруче остались глубокие борозды, но пластину не пробило. — Вот за это Стёпе отдельное спасибо.
— Я боялась тебя обжечь, — Ная спустилась к нам и провела пальцами по бороздам на наруче. — Только когда ты пригнулся, смогла достать его сверху.
— Спасибо, что помогла, — опустил руку и вытер лезвие топорика о мох. — Тень слетела сразу после первого же удара; я надеялся, что и третий тоже пробежит мимо, а он меня почуял. В следующий раз не полезу так близко к стене.
Под первым зверем лежало восемь монет, под двумя другими по семь. Я собрал все двадцать две свежие и ссыпал в кошель к десятку, взятому для Наи.
— Давайте уберём падаль от входа, не хочу рядом с ней работать, — сосед наклонился к ближайшей туше, выбирая, за что ухватиться.
Пока они с эльфийкой вытаскивали туши за арку и отволакивали в сторону, я прошёл по двору. Найденные трубы по-прежнему лежали в крайнем стойле, все десять, и рисунок печи на стене никуда не делся. Посадки в углу у ворот тоже остались целы; грызни копали в другом месте, ближе к крыльцу, где мох лежал гуще. Закончив с тушами, Ная подошла к посадкам и осторожно разгребла землю в обеих лунках.
— Проросла! — она показала мне первую картофелину, явно довольная результатом. — Смотри, какой росток. А вторая пока сидит, только корни пустила.
Я разглядел бледный стебелёк длиной с палец, прежде чем Ная вернула землю на место. Похоже, холодный угол за пределами мха тоже подходил для растений. Пока хранительница возилась с грядкой, я подошёл к крыльцу, под которым ощущал тот самый зов. Лестницу всё ещё перекрывали обломки каменного навеса, но теперь с нами был Петрович, и разобрать завал наконец стало возможно.
— Сначала верхний камень снимем? — показал орку на глыбу, перекрывающую почти весь проход. — Его бы на край вытащить и в сторону отвалить.
— Лучше туда, на мох, — орк обошёл завал и указал, куда можно столкнуть глыбу. — Под ней ещё один камень застрял, к нему с ломом не подлезть. Сначала верхний уберём, потом за нижний возьмёмся.
Он снял жилет и попробовал сдвинуть камень плечом, но только качнул его. Тогда мы просунули под край лом и навалились вдвоём. Дело пошло, хотя пришлось несколько раз менять положение рычага. Наконец глыба перевалилась через край лестницы и упала на мох. Ная всё это время дежурила у арки и следила за улицей.
Следующий камень застрял между стенками лестницы, и с ним пришлось повозиться. Даже вдвоём мы никак не могли вывернуть его ломом, пока Петрович не догадался подложить под рычаг плоский обломок. Кусок перекрытия наконец сдвинулся с мёртвой точки, и мало-помалу глыбу удалось развернуть и вытащить наверх, мелкие обломки после этого мы разбирали уже руками. Вскоре вдоль стены открылись ступени, из подвала потянуло теплом и сыростью.