— Пусть пока ждёт, — Ная завернула птичку в тряпицу. — Когда здесь снова появятся дети, отдам первому.
Похоже, хранительница всерьёз вознамерилась вернуть полноценную жизнь погибшему городу. Не знаю, насколько это реальная идея, но она мне нравилась.
После чая Ная занялась порванными штанами, пока я переодевался в запасное термобельё. Края дыры стягивались неровно, но швы вроде держали. Эльфийка работала молча, и едва закончив, сразу отключилась. Аккуратно лёг рядом с ней и укрыл нас обоих одеялом, пообещав себе перебраться в спальник, если станет слишком холодно.
— Спокойной ночи, Ная, — сказал уютно сопевшей хранительнице, и меня тут же сморил сон.
Арт
Глава 3
Мы вышли к месту, где лежала приманка, когда серый свет только набирал силу. Вчерашний шов на штанине держался, а прожжённый левый щиток я оставил в убежище; всё равно толку от него уже не было, Стёпа после возвращения посмотрит, можно ли его вообще спасти. Ботинки же вместе с измученной курткой точно придётся менять, хорошо, если дотянут хотя бы до конца похода. Ная прослушала улицу ещё от купальни и у последнего поворота остановила меня рукой.
— Пара грызней пасётся у туш, — сказала она вполголоса. — Больше никого не слышу, охотника тут точно нет.
— А ломарь? — уточнил на всякий случай, не спеша выходить из-за угла.
— Пока ещё там же, далеко, — она помолчала, прислушиваясь. — Похоже, спит. Если двинется сюда, скажу.
— Тогда попробуем убить их без шума, — решил я. — Вчера на визг гончая прибежала, хватит с нас крупных тварей. Берём этих и уходим.
За ночь грызни выволокли дохлую гончую на мостовую. От неё осталась в лучшем случае половина, а твари сидели по обе стороны и увлечённо рвали мясо, не поднимая голов. Ная укрылась в проёме дома напротив, где мы вчера ждали падальщиков, а я начал подбираться к ним вдоль каменной насыпи.
Эльфийка вновь использовала приманку, и обе уродливые головы разом повернулись к ней. Я тут же подскочил сзади и завалил первого грызня мощным ударом по затылку, пока тот не сообразил, что происходит. Второй кинулся к проёму мимо меня и получил топориком по хребту. Коротко взвизгнув, зверь проехал по камням и затих.
— Никто не бежит, — отозвалась Ная из укрытия. — Собирай монеты, я послушаю.
Золотые кругляши быстро перекочевали в мой карман, и мы пошли дальше. Падальщикам ещё оставалось чем поживиться, можно будет заглянуть сюда перед уходом домой, а пока хотелось разобраться с дорогой за гончарней и добраться до северных развалин. По пути Ная постоянно прислушивалась, но новых гостей поблизости не обнаружила.