Решив, что я снова должна больше сил отдавать делу, я оттолкнула его. Этот жест был не только физическим, но и эмоциональным актом. Мне было больно, и его глаза, излучавшие непонимание и растерянность, только добавляли масла в огонь моих чувств. Они словно пытались просчитать меня, проникнуть в мой внутренний мир, но я не могла позволить этому произойти.
Я позабыла о том, что значит быть уязвимой и открытой. Словно защитная оболочка снова захлопнулась, и я оградила себя от всего, что могло причинить страдания. Важно было держать дистанцию, сохранять контроль над ситуацией, а значит - над собой. Я снова выбрала работу, дела, защиту... Но не себя.
Каждое отталкивающее движение и холодный взгляд были защитным механизмом, от которого я сама же страдала. В глубине души я знала, что это не решение, но была не в силах преодолеть собственные страхи. Я уже много лет строила себе стену, и сейчас та мысль, что я могу потерять эту опору, не оставляла меня.
Каждый день, проходя мимо него, я чувствовала, как что-то внутри меня разрывается. Но тревога за то, что он может быть тем, кто откроет все мои раны, была сильнее. Поэтому легче было притвориться, что ничего и не происходит, чем сталкиваться с реальностью.
Я продолжала погружаться в дела, стараясь убедить себя, что так и должно быть. Работая, я могла отвлечься от этого внутреннего конфликта. Но в глубине души я чувствовала, что этот временный уход никуда не денет мои чувства. Он будет накапливаться, как лавина, готовая сорваться в любой момент.
Но когда я снова столкнусь с ним - что я скажу? Как объяснить, что выбрала защищаться, хотя это было для меня саморазрушительно?
Я старалась отгонять эти мысли, углубляясь в работу, но они не покидали меня. Я знала, что в конечном итоге настанет момент, когда мне придётся найти смелость, чтобы взглянуть в свои собственные страхи и наконец решить, что именно для меня важно.
Глава 43. Дайнрен.
Нагнав Селестию в доме, я попытался её остановить. Её слова о том, чтобы я оставил её в покое, в этот момент звучали как фон, не имеющий значения. Гнетущая тишина в доме заставила меня насторожиться. Что-то было не так, и я инстинктивно закрыл ей рот рукой, продолжая прислушиваться к обстановке.
Поняв, что что-то действительно не так, Селестия быстро замолчала, её глаза наполнились тревогой, и она тоже начала прислушиваться к этой тревожной тишине. Страх заползал в меня, но я старался оставаться собранным. Словно две фигуры перед скрытой угрозой, мы понимали, что должно произойти нечто важное.
Она показала мне жест, чтобы я следовал за ней, и, не теряя времени, провела меня к комнате, в которой хранилось обмундирование. Это было не просто место для хранения оружия - здесь всегда царила атмосфера готовности, и в данный момент она казалась необходимой.