Когда мы вошли в комнату, я увидела, что Ник и Дайн уже стоят рядом с Эвой, стараясь загладить её страх. Она выглядела уставшей, но её лицо было наполнено благодарностью, когда она заметила нас.
- Эва, - обратилась я к ней, подойдя ближе. - Как ты себя чувствуешь?
Девушка встретила мой взгляд и тихо ответила:
- Я... я в порядке... По крайней мере, теперь. Спасибо.
- Дайн нам всё рассказал. Мне очень жаль, но... Может, ты можешь рассказать что-то ещё? - спросила я, глядя на её лицо.
- Селестия! Она только что пришла в себя после пережитого ужаса, а ты опять о работе! Будь благоразумнее! - вскрикнул Ник, упрекая меня.
Я молча посмотрела на него, затем на Дайна и снова обратила взгляд к Эве.
- Ладно, извини, отдыхай, поговорим обо всём позже.
С этими словами я развернулась и вышла прочь из комнаты. Я только вернулась к лестнице, как меня за руку кто-то схватил. Обернувшись, у меня сработал инстинкт, и я чуть не ударила Дайна.
- Воу-воу, полегче. Ты чего такая напряжённая? - сказал он, отступая на шаг.
- Нельзя так делать, Дайн, - ответила я, потирая запястье.
- Что-то случилось?
- Нет, всё в порядке, с чего ты взял?
- С моего появления дома с Эвой ты выглядишь встревоженной и словно вся на нервах.
- Тебе кажется, - ответила я, отворачиваясь.
- Но Селестия...
- Всё хорошо, Дайн, доброй ночи, - произнесла я, стремясь завершить разговор и уйти.
Я оставила его в коридоре, когда он - кажется, не удовлетворённый - остался на месте, продолжая смотреть в мою сторону. Мне нужно было немного времени, чтобы разобраться в своих мыслях и чувствах, а также разобраться с тем, что произошло с Эвой и как медальон вписывается во всё это.
Вернувшись в свою комнату, я закрыла дверь и опустилась на стул. Взгляд мой снова упал на медальон, который я оставила на столе. Замечая его свет, я решила, что не могу оставлять это дело без внимания. У меня была сильное предчувствие, что в этом медальоне кроется нечто важное, что способно объяснить многие вещи, которые происходят вокруг.
Вновь погрузившись в чтение, я искала ответы, движимая непоколебимой решимостью защитить близких и раскрыть истину, невзирая на то, что этот путь обещал быть дольше и труднее, чем я предполагала.
Глава 25. Дайнрен.
Селестия ушла, оставив меня без единой мысли о том, что произошло. Я видел, что ей тяжело, но не понимал, как именно мне стоит ей помочь. Стоя в коридоре, я решил вернуться к Эве и Нику. Когда я зашёл в комнату, они оба посмотрели на меня, словно спрашивая: «Ну как?».
- Я думаю, что всё будет в порядке, - ответил я и выдохнул с облегчением.