Время от времени поглядывая на императрицу, которая сейчас вроде бы была на ее стороне, Моржана не могла избавиться от мысли:

«А что, если меня тоже когда-то так сместят?»

Аска, сидевшая на стуле возле чайного столика, с ироничной улыбкой поглядывала на Шейна, пока тот крутился возле зеркала. Поправляя воротник рубашки, надевая на себя вызывающий чисто черный кафтан, он старался как можно скорее переодеться.

В этот момент они оба сидели не в чей-то спальне и не в гардеробной, а в общей комнате отдыха особого класса. И в последние дни только они были представителями этого класса.

Усмехнувшись, Аска спросила:

— Ты серьезно собираешься демонстративно расхаживать в этой форме?

Шейн обернулся и многозначительно посмотрел на нее. Аска и сама уже носила черную форму — только Шейн не стал это озвучивать.

— Официально я потерял магию, — отвечал он, — но еще не потерял место в особом классе.

— Теперь это можно будет оспорить.

Шейн усмехнулся. Вернув свой взор к зеркалу, он снова принялся поправлять кафтан: подворачивать рукава, застегивать пуговицы.

— Следующее испытание и выбор новых членов класса состоятся только в новом году. До тех пор никто меня даже с места не сдвинет. Это уже потом, после испытания, можно на законных основаниях сместить весь наш особый класс.

— Мда… — Аска иронично улыбалась. — Особый класс нашего года — это сплошное посмешище. Мы получили эти места как самые молодые ученики и точно также легко потеряем их вместе с магией.

— В прошлые годы никто не вылетал из класса?

— Не настолько быстро. Твоя сестра тому пример. Она была в особом классе с первого курса и по последний. Только во второй половине третьего года обучения она потеряла это место. Ну, а до ее поколения, все предыдущие ученики особого класса занимали свои места с первого по последний учебные годы.

— Что ж, тогда мы действительно будем особенными.

Аска усмехнулась, но не успела ничего ответить. Внезапно дверь в комнату распахнулась, и на ее пороге появилось несколько человек.

В академии, где помимо довлеющей силы учителей существовали и силы учеников: особый класс и студенческий совет занимали высшее положение. Разница между ними заключались лишь в функциях и обязанностях. Особый класс нужен был как пример для других. Как показатель того, чего можно добиться, если стараться изо всех сил. У них было много привилегий, начиная от свободного расписания, индивидуальных занятий и наличия собственного бюджета. В то же время студенческий совет мог вообще не относиться к особому классу. Его главной функцией было наведение порядка в академии и контроль поведения непослушных учеников. Собственный бюджет у них был, но он строго ограничивался нуждами всей академии. Вот и получалось, что особый класс мог вести себя так, как хотел, если это не противоречило общим правилам, а студенческий совет был постоянно занят работой на благо всего их общества.