— А ты немного изменился… глаза стали менее яркими, — с удивлением произнёс Адрион, выдерживая крайне неприятный взгляд своего родственника. — Ну что ты так зыркаешь? Давай, скажи хоть что-нибудь! Пожалуйся, расскажи, что тебя гложет, в чём ты меня винишь и за что ненавидишь, а затем я объясню тебе как всё было на самом деле… Только подумать… Кажется весь мир сошёл с ума, да?

В великий род Торвандори, что мы поднимали на новые вершины, не жалея крови и пота, вдруг проникает мелкая зараза. Столько веков тяжкого труда вбухано в нашу общую мечту, столько планов мы создавали вместе и тут наш отец решает жениться на шлюхе, потому что она очень похожа на нашу покойную матушку. Жаль только… похожа она лишь внешне, а внутреннее… дешёвая игра и довольно примитивные инструменты влияния, что доступы любой женщине уже сводят с ума нашего старика…

— Он имел право на своё счастье! — грубо рыкнул Ланс и не сдержавшись выстрелил против воли молнией прямо в кресло, но Адрион легко перепорхнул на место напротив.

— Да кто ж спорит? Имел конечно. Потрахался бы, поигрался, да хоть гарем создавай — никто слова не скажет. Нет же, нужно сыграть брак, так ещё и наследника заделать. Тебе не кажется, что это как-то… ужасно лицемерно и идёт против его же принципов? Ты вдумайся, нас он растил как инструменты для общей мечты, а сам… сам вдруг перестал быть инструментом. Право, на своё счастье, это хорошо, до того, как твоё счастье начинает топотать чужое счастье. Извини за тавтологию.

— И поэтому ты решил всех перерезать? Поэтому в моём бокале оказался поцелуй Харии? Поэтому перебиты все близкие друзья и родственники? Скажи мне, неужели Теобальд был настолько опасен? Ты же его алкашом бесполезным называл, какой прок от его смерти? А-а-а… кажется я понимаю. У тебя же там мечта, ту которую ты назвал общей и ради которой наверняка давно хотел убить собственного дядю, вечно портившего нам репутацию.

— Такого ты обо мне мнения? Забавно, но всё твоя логика построена на изначально неверном факте. Решил всех перерезать? Серьёзно? Первым делом я так-то к тебе обратился, объяснил всё, с отцом пытался говорить… а что ты сказал в тот день? Ах да, тебе было плевать, ведь ты предпочёл ничего не замечать. Я решил, что нам нужен диалог. Но… меня никто не слушал, а мои подозрения позорно клеймили какой-то завистью и неприязнью к мачехе. Забавно, да? Ты ведь также считал и считаешь, но скажи… а эти мысли, эти идеи, твоё мнение… оно точно твоё? Или может эта шлюха их мастерски вложила? Не веришь мне — пойдём к Алгиренде, спросим у неё!