Спрыгнув в него, один из людей взял у хозяина кочергу, ударил по дальней стене, от чего в ней образовалась дыра. За несколько минут временная кладка, закрывающая уходящий вбок проход, была удалена. Сразу несколько человек спустились в погреб, с рук на руки по цепочке передавая увесистые бочки.

Вместе со своей ношей они еле протискивались, касаясь плечами и затылками узкого земляного прохода, по которому пришлось идти довольно долго, но вдруг он расширился, показалась каменная кладка, словно рукотворный тоннель перешёл по что-то сделанное за много лет до него, но явно не просто так. В это расширение были перетащены все бочки, после чего их можно было уже по несколько штук катить по каменному, старому, местами пробитому корнями растений, но всё ещё надёжному ходу.

Стараясь издавать как можно меньше шума, они добрались до места, где из этого тоннеля шёл ход вертикально вверх. Подкатив бочки к дыре в потолке, люди поставили несколько бочек друг на друга, по ним ловко, словно обезьянка, взобрался один из них и исчез в проёме, остальные замерли, как мыши, не издавая ни звука и не шевелясь.

Но вот сверху упало сразу два конца закреплённой где-то выше верёвки. С помощью этой импровизированной лебёдки бочки стали аккуратно поднимать наверх, а затем туда же забрались и люди. Один из них, оглядевшись, и поняв, где оказался, негромко присвистнул, за что тут же заработал подзатыльник от напарника. Но было от чего удивиться: все оказались в тайной комнате храма главного северного бога огня рядом с той самой огромной чашей-жаровней, которую разрешалось видеть только старшим служителям и жрецам, которым выпадала честь общаться с богом напрямую. Каменное холодное помещение, высокие стены, лепнина и неподвижный вытесанный лик сурового бога над чашей.

Но сейчас некогда объятая светом огня комната была погружена во мрак, лишь один чадящий и грозящий вот-вот потухнуть факел был закреплён у стены около двери, и в его отсветах лик бога смотрелся озлобленным, кривящимся в гневных гримасах.

Однако долго любоваться обстановкой людям было некогда, они рассредоточились, вытаскивая из бочек затычки и переворачивая их над маленькими жаровнями, которые в два ряда шли от входа до главной чаши. В жаровни хлынула вязкая чёрная жидкость, глянцево блестящая в пламени факела.

Как только все жаровни были наполнены, в каждую из них бросили по маленькому красному кристаллу. Каждый из них тут же без остатка погрузился в вязкую жидкость, после чего люди в чёрных костюмах ушли так же тихо и быстро, унеся за собой все бочки и проверив, не осталось ли никаких следов после их небольшого дела.