На том панихида и закончилась. Старший из Пауков бросил короткий приказ своим людям и вместе с Тигром вернулся на борт.

Оставшиеся на берегу разбились на две группы. Одни образовали вокруг разгромленного лагеря защитный периметр из парных постов, а остальные срезали навесы и гамаки, завернули в них останки эльфов и унесли те на корабль.

Лёха сперва озадаченно моргнул, а затем понимающе усмехнулся. Кости. Не получив рабов, Пауки решили хоть частично компенсировать затраты на дорогу.

Почему покойников не разделали прямо тут, на берегу, тоже понятно. В любой момент могут нагрянуть соплеменники павших, и вряд ли вид изуродованных, выпотрошенных тел укрепит деловые отношения. Проще уйти ниже по течению, найти местечко для стоянки и в спокойной обстановке отделить кости от мяса. Или без затей заняться этим прямо на палубе, не теряя времени.

Осматривать окрестности и доискиваться правды люди не стали: погрузив тела на борт, они просто потушили магические огни и отчалили.

Стриж полетел следом, невидимый в ночи.

Вряд ли маги ждут нападения прямо на борту — хороший шанс тихо взять языка. Нужно только решить, какого именно.

Самое очевидное решение — одного из Пауков. Вот только Лёху терзали смутные сомнения, что в опасное путешествие клан отправил тех, кто знает много секретов. Да и рассказ эльфийского мага подтверждал эти опасения. А вот Тигр…

Конечно же, сопровождением тримарана тоже явно не правая рука императора занимается, но всё равно это уникальный шанс узнать нечто новое о местных правителях. Когда ещё появится возможность поймать одного из рыжих в такой глуши, что позволит без опасений допросить пленника?

Как обычно, планировать оказалось намного легче, чем воплотить задуманное. Едва Пауки приступили к разделке эльфийских тел, представитель правящего клана брезгливо скривился и скрылся в надстройке.

Лёха раздосадованно цыкнул и взлетел повыше, чтобы даже внимательный взгляд не различил неясный силуэт, на миг закрывший звёзды. Спускаться и устраивать резню, как исподволь подталкивал его демон, Стриж не хотел. И причиной тому не было человеколюбие: он резонно опасался, что у вышедших в рейд на древнем корабле припасено ещё что-то из эльфийских артефактов. Что-то, способное справиться с крупным демоном или самонадеянным придурком в артефактной броне.

Пустотник вообще слишком мало знал о местной тактике боя, чтобы считать себя неуязвимым. Один-два артефакта на «демонической тяге», вроде той плети, что превратила доспешного воина в смятую мясную консерву, могут поставить крест на его карьере лётчика. А может, и на новой жизни.