— Притомился? Молоко будешь? — раздался голос слишком близко, и он вздрогнул, опустив колун слишком резко. Полено прыснуло щепками, а колун глубоко ушел в колоду. Да что б тебя!
Ведьма, то есть Марра, подошла слишком тихо. Или он слишком громко думал.
— Ты это… Не подкрадывайся так. А то зашибить могу ненароком, — смахнул ладонью испарину со лба и недовольно зыркнул на ведьму.
А она стояла и улыбалась так ласково, как солнышко. И волосы сияли, как золото. Так и захотелось намотать толстую рыжую косу на руку, задрать алую юбку, да разложить её прямо на колоде! Во рту сразу же стало сухо, и он сглотнул. Да еще пахнет от нее хлебом, анисом, медом и вареной курицей. Так бы и съел! Но сначала бы разложил. Ну нельзя же так провоцировать! Это ей повезло, что он такой вежливый и слово держит!
— Ох, прости. Думала, у драконов чуйка хорошая и слух тонкий. В другой раз сильнее топать буду, — усмехнулась она розовыми губками, заставив Шнурра сурово сдвинуть брови.
Вот опять никакого почтения! Надо её отшлепать хорошенько по заднице, а потом — разложить! Ладно, есть он её не будет. Выудила у него слово и куражится! Ведьма, Тьма её возьми!
— Ну, давай, что там принесла, — буркнул он, отбирая глиняный кувшин из её рук. И коснулся чуть тонких пальчиков. И как дернуло его молнией от кожи нежной, прохладной, как ручей в летний зной. И в глаза её синие засмотрелся. Но тут же встряхнулся.
Морочит? Проклятая ведьма. Вот нет тут душеправа, даже на приворот не проверишься. Хотя он не чует. Да и зачем ей? Он её и так готов… Без приворотов всяких. Пусть только кивнет!
С надеждой уставился на ведьму, но та кивать не спешила. Уставилась куда-то в угол поленницы, где сорняк рос, словно и нет его!
Разочарованно стал пить из кувшина молоко. С медом! Сладко-то как! Ладно, он её прощает на сегодня.
Опустошил кувшин и сунул ей обратно в руки. И тут заметил, как все же смотрит она на него искоса. И тут же сердце забилось, как боевой барабан.
— А что, Мар-р-ра, — протянул, проиграл её имя на языке. — Поможешь помыться мне? По-хозяйски…
И встал поближе, коснувшись бедром красной юбки. И заметил, как заалели её щеки, а длинные пальцы вцепились в кувшин до белых костяшек.
— Сам разберешься! Не такой уж дикий, вроде, — фыркнула она и отскочила на два шага. — Там купальня, в печку дрова кидай, из бака вода пойдет горячая. И приберись тут!
Отвернулась и убежала в дом, тряхнув рыжей косой.
Вот же ведьма!
Вновь полено брызнуло щепками под мощным ударом колуна.
После такого наглого предложения Марра забежала в дом сама не своя. Проклятый дракон, Тьма его возьми! Еще и разделся тут! Вчера чуть к Великому не ушел, а нынче ходит вразвалочку! Все же восстанавливаются они как никто! Куда там другим перевертышам!