— Как наш любезный гость устроился в городе?

— Спасибо. Вашими молитвами.

Сыт бросил на меня странный взгляд:

— Вы поклоняетесь богу жидов?

— Вы имеете в виду христианство? Нет, я ученый и верю в Сущего. Что стоит за нашим мирозданием с той стороны.

— Любопытно. У нас, знаете ли, проповедуется веротерпимость. Есть и поклонники Христа, у квартале цеховиков стоит их церковь. Мы считаем, что власти не имеют права лезть в душу жителей. Это их личное дело.

— Что ж, похвальное решение.

Видимо, мой ответ ему понравился. Наверняка с их веротерпимостью они настороженно относятся к разного рода фундаменталистам. Но после Глава приказа в один момент собрался и начал более серьезный разговор.

— Расскажите лучше, Олег, о вашем занятном приключении. Почему, когда и зачем! И не старайтесь ничего от нас утаивать. Это не в ваших интересах, милейший. Вам жить в нашем мире, пусть, может быть, и не в нашем городе. Мы насильно, знаете ли, никого не удерживаем — такое не в здешних правилах. Если у вас нет каких-либо обязательств или долгов, то пропуск на выезд получите запросто. Но поверьте, в Беловодье проживает не так много людей, и большинство друг друга знает.

Ага, мягко стелет, но рукавицы ежовые. Хотя это его право. Ну и надо же как-то главе Приказа получать информацию об окружающем мире. Лишь, надеюсь, что это будет взаимно. О причинах отъезда я упомянул коротко, рассказав только о Косте и утаив сведения в записках. Нужно же мне иметь хоть один козырь в рукаве? И о пути от врат до города я поведал насколько можно подробно. Сыт слушал внимательно, и также внимательно перерисовал мою самодельную карту, задав лишь несколько уточняющих вопросов. Некоторые места он узнал, о других расспросил подробней.

Мой трезвый и практичный подход к подготовке и в самом путешествии явно произвел на него впечатление. Я же старался вспомнить все подробности своего четырёхдневного пути. И даже не потому, что получил завуалированное предупреждение. Просто уже смекнул, что здешний мир скорее подобие американского фронтира. И вменяемым людям лучше держаться в нем вместе. Кто его знает, может, мои сведения помогут кого-то спасти или сделать эти места безопасней. Да и в будущем отношение ко мне будет иное, как к человеку предупредительному, искренне поделившемуся информацией.

— Вы много замечаете и приспособлены к тяжелой дороге.

По указанию Сыта нам принесли цай, только уже травяной. К нему полагались свежие бублики. Глава приказа макал их в чашку, а лишь потом откусывал.

— Я, по-вашему, рудознатец по профессии.