— Знатный выстрел, варяже! Я одного супостата ранил, второй его утащил, — радостно улыбающийся друже внезапно встревожился. — Что там такое на мосту творится?

Я повернул голову и обомлел. Наша машина встала колом почти в самом конце переправы. Левое переднее колесо свисало с бревна, а на корпусе заметны пробоины от пуль и разбито напрочь окно у водителя. Мы замерли от нехорошего предчувствия. Казалось, что сейчас автомобиль свалится в реку. Я смог лишь пролепетать:

— Помоги нам, Боже…

В этот момент кто-то неимоверно ловкий метнулся к машине, накидывая на торчащий спереди крюк металлический трос. Вот он закрепил его и выскочил обратно. Взвыл мотор, раздались звонкие хлопки винтовочных выстрелов, прогромыхала короткая пулеметная очередь. Кто-то неподалеку истошно закричал:

— Моховики поперли!

Видимо, неприятель не выдержал и попытался все-таки достать ускользающую от него добычу. Послышался шум падающих сверху бревен. Их заранее связали веревками и сейчас дернули с помощью троса, чтобы затруднить переправу моховикам.

Мы с Пересветом переглянулись и осторожно высунули головы из укрытия. Никого! Видимо, поняли, что здесь не пройти. Скорее всего вдоль уреза воды — речки сплошняком зыбкая топь, а пространство левее простреливается с того берега. Егеря — стрелки отличные, а противником у нас нынче не пугающая душу нежить, а обычные и не самые стойкие людишки. Моховики все-таки не вояки, а заурядные любители поозоровать и стащить, что плохо лежит.

— Дым! Уходим!

Все же опыт важен в любом деле. Пока я уперся взглядом в кустарник, Пересвет беспрестанно крутил башкой и заметил красный дым на том берегу. Рассчитывая на то, что нас прикрывают, мы, не сговариваясь, бросились к переправе. Пешком можно было пройти по старым конструкциям понизу. Там уже ловко, как обезьяны перебирая руками, переправлялись Данияр и Будимир. Я закинул ружье за спину и прыгнул на первое бревно, тут же хватаясь за мокрую распорку. Как бы не загреметь в ледяную воду! Не успел сделать два вздоха, как оказался на той стороне и ловил чью-то вовремя поданную крепкую руку.

— Быстрее! Уходим!

За мной послышалось тяжелое дыхание Пересвета, снова защелкали выстрелы и грохнула длинная очередь из пулемета.

Ко мне подбежал всклокоченный Светозар:

— Веди повозку, варяг! У нас больше нет лишних водителей.

Я, еще ничего не понимая, скользнул по его окровавленному лицу и побежал к нашему автомобилю. В экстремальной ситуации важнее действие, а не досужие разговоры. Стекло водительской двери было разбито, а сиденье запачкано чем-то красным.