— Давай начнем сначала.

— Ощупай всё, сверху донизу. — Она и сама прощупывала каждый сантиметр кирпичной кладки, ища физические и магические следы проёма.

Через девять шагов Цып обнаружил параллельные разрывы в вертикальной кладке, невидимые при свете дня.

Полночь проследила несоосность, полсантиметра слева, полсантиметра справа, через полметра друг от друга. Своего рода дверь, которая легко открылась от энергичного толчка Цыпа.

Наружу выпорхнули химическая и трупная вонь. Цып едва не задохнулся.

— Там темно.

Луны тоже не видно. Он должен быть дальше.

Цып схватил её за руку.

— Не надо. Давай поищем чем посветить. Потерпи. Ты не настолько сильна, чтобы просто ломиться внутрь.

— Пока не сильна.

— Давай просто закроем дверь. Я схожу за фонарем, а ты побудь на стрёме.

— Ну ладно.

Внутри этого здания происходило что-то отвратительное. Сомнительно, чтобы Луна ввязался в это добровольно.

Полночь присела в тени, которая позволяла ей следить за переулком, и уменьшилась. На улице почти не было движения. Она наложила «недотрогу» на уменьшение и стала вертеть в руках черный лоскут, размышляя о выборе, который привел её сюда.

Ей было почти стыдно за Гонящую Полночь.

Внезапно переулок наполнился черным туманом. В его сердцевине возникла укутанная в черное фигура. Полночь спрятала голову в коленях и ослабила заклинания, чтобы их не заметили.

Тип в черном остался туманным силуэтом и продолжал двигаться. Только сосредоточившись, Полночь могла рассмотреть его внутри тумана. Она поежилась, порадовавшись, что тот её не заметил. Все могло закончиться не очень хорошо.

— Что с тобой?

Она вздрогнула и вскрикнула. Страх был внезапным.

Цып обнял её, пробормотав:

— Эй, это я. Все хорошо. В чем дело? Что случилось?

Она справилась с дрожью, восстановив самоконтроль, и заметила, что Цып вернулся, притащив пару фонарей и Хару на хвосте. Вид у Хару был ревнивый. Наверное, Цып наплел с три короба небылиц.

— Тебе везет, — сказал Цып Полночи, — Хотя ты и так обычно делаешь все правильно и в правильное время, поэтому все получается.

Уже не в первый раз кто-то говорит ей нечто похожее, возможно, намекая, что у Полночи есть покровитель: некое божество или дьявол. Порой она и сама задавалась этим вопросом, хотя колдуны Отряда всё проверили. "Некоторые везучи просто от рождения", — сказал ей тот, кого называли Гоблином.

Хару ещё раз пересказал ей свою историю. Полночь наградила его нежным поцелуем.

— Тебе лучше вернуться, пока тебя не хватились.

С пересохшим горлом, Хару ответил:

— Э, ну да. Да. Нужно вернуть эти фонари как можно скорее.