Лена настолько серьёзной вообще редко бывает. Есть смысл прислушиваться

— Ещё восемнадцать месяцев по плану, — моментально отвечает мой собеседник. — Но это до сдачи, не считая чистовой отделки самими жильцами. По опыту, отделочные работы будут ещё до ноября. То есть, считайте, ещё два года.

— Спасибо большое, вопросов больше не имею.

— Мы всегда строго соблюдаем правила, — продолжает голос в трубке. — С двадцати трёх ноль-ноль до шести утра у нас на объектах всегда тишина. Пожалуйста, не переживайте: на семь часов полнейшей тишины в сутки можете рассчитывать смело.

— Благодарю…

— У меня для тебя две новости, и обе так себе, — смеюсь, переобуваясь в тапочки дома.

— Я уже поняла, — сверлит меня взглядом Лена. — По твоему довольному виду. Куда ходил?

— Вначале поднялся на этаж выше, попросил не топать.

— Да вроде затихли, — морщится Лена. — Вопрос, надолго ли. Эх-х.

— Вот тут не знаю. Если коротко, муж, кажется, бухает. По крайней мере, валяется одетый, в обуви на диване и никто с этим не спорит. В доме всё очень скромно, чтоб сказать мягко. — Подробно докладываю все подробности, которые успел заметить. — Ребёнку года полтора, может, два. Носится, как угорелый. Жена говорит, запретить ребёнку может не получиться, он ещё ничего не понимает. Потому не знаю, как надолго они затихли.

— Блин, — смеётся Лена. — Вот жопа-то… Действительно ничего не сделаешь. Какая вторая новость?

— Точно, это же не всё… Сгонял на улицу, позвонил старшему по строящемуся объекту.

— Каким образом? — широко раскрывает глаза от удивления. — За три минуты?

— Дом обошёл вокруг, вышел к их стройке. Паспорт строительства на заборе висит, всё как полагается. На нём — телефоны всех ответственных, в круглосуточном режиме, — снисходительно смотрю. — Вот набрал на третий номер в списке, директору по стройке.

— А я и не подумала, — качает подбородком, как китайский болванчик, Лена. — Ты смотри, оказывается, и у нас тоже что-то могут сделать нормально…

— И не говори. Сам не ожидал. Теперь о неприятном. Стройки ещё, по документам, на восемнадцать месяцев. Плюс, потом жильцы сами будут отделкой ещё всё лето до ноября баловаться. Итого, это кино, — тычу пальцем за спину в сторону стены, — ещё на два года. Извини, что не обрадовал.

— Давай подумаем о другой квартире? — без перехода. — Или купить, или поменять? Говорю со своего социального уровня. Это пытка дальше тут жить, с такими соседями. Короткое время можно но вдаль.

Как на стену натыкаюсь. Лена редко настолько радикальна — значит, я просто не вижу всех нюансов. Такого двухлетнего соседства. Или трёхлетнего.