— Что ты им ответил? — ровно спрашивает Слава.
— Быка за рога, да? — продолжаю смеяться. — Ладно… Твой вопрос откладывается. У меня есть мои вопросы. Слава, ты берёшь взятки?
— Да, — ровно отвечает тот, по-прежнему глядя мне в глаза. — Общим количеством на эквивалент… долларов в месяц, из которых… отдаю наверх. Остальное трачу на себя.
Киреев переводит озадаченный взгляд с меня на Славу и обратно.
— Но у меня есть четкие границы, — продолжает Слава. — Первое: никаких дел с тяжкими против личности, с воровством, наркотиками или с гнилыми людьми. Это с такими, которым на свободе не место… Помимо соблюдения границ, я искренне мечтаю о зарплате хотя бы в полторы тысячи баксов. Если б такая официальная зарплата у меня была, у меня бы сидели ВСЕ. Без исключений. Заодно, «план» наверх я бы заносил из этой зарплаты. А не крыжил с «левых».
Самое интересное во всей этой ситуации, что Слава искренне верит в то, что говорит.
— Говорят, в иных кругах что-то типа флешмоба ходит, — продолжаю внимательно наблюдать за Славой. — Как же там было, сейчас вспомню… «Закон один для всех». С этой точки зрения, что ещё тебе кроме денег?.. — Специально недоговариваю, однако Слава мою мысль явно чувствует. — Чтоб задать правильный вопрос, нужно знать половину ответа. Но я надеюсь, ты меня сейчас полностью понимаешь.
— Если никого не бить, то будешь до трёх ночи сам с ними сидеть. — Так же спокойно продолжает Слава под удивлённые взгляды Киреева, который смотрит то на меня, то на него. — Причём, всем же понятно, что спи*дили. Но вот продаёт какой-то нарик или бомж плазму дорогущую. Или телефон типа ВЕРТУ. За стоимость двух бутылок водяры. На вопрос, где взял, отвечает, что купил у неустановленного лица на центральном рынке. И что? Поверим и отпустим — кради дальше?
— Даже не знаю, что в этом месте сказать, — честно сознаю́сь. — Спасибо за откровенность.
— Ты спросил, я ответил. Больше ничего в голову не приходит, что ещё добавить можно. Но специально ничего не скрываю, если к слову придётся, спрашивай.
— Принял, — киваю. — Из того, что может быть полезным лично тебе, и не напряжно для меня, могу определить, правду человек говорит или нет.
— Всегда? — деловито уточняет Славик, задумчиво глядя на меня и прикидывая что-то про себя. — Есть исключения?
— Да, всегда. Исключений пока не встречал. Если человек знает, что он лжёт, я это определю. Не смогу помочь только если он сам не в курсе, какова правда. Бывает же, когда человеку известно что-то не точно, но он сам искренне верит, что ему сказали правду? Вот это не ко мне.