За мгновение до того, как они стреляют (кстати, выстрелы бесшумны), я делаю шаг в сторону и назад, закрывая дверь их номера снаружи.
Вовик, видимо, запихнул девок в номер и вернулся на подмогу мне, потому что он сейчас молча сползает по стене сзади меня. Баюкая руку, в которую прилетело через открытые двери.
Следующие попадания барабанят по двери изнутри, но это не страшно: двери в этом отеле неплохие, обитые металлом, а патроны у оппонентов, скорее всего, уменьшенной навески пороха. И скорости полёта пули.
Несколько секунд безуспешно пытаюсь придумать, чем заблокировать двери снаружи, но вариантов нет и ничего в голову не приходит. К тому же, вижу, что Вовик потерял сознание. Пока не понимаю, почему.
Через секунду до меня доходит, что из этого номера я никого не выпущу, пока сам не захочу: имеющимся с той стороны инструментом, эта дверь не простреливается. Ломиться вручную никто не спешит. Да и коридорчик внутри номера, я успел заметить, устроен так, что подойти к двери могут только полтора человека. А один на одного, толкая дверь с двух сторон… Пусть пробуют.
Громко ору, привлекая внимание наших девчонок в нашем номере, так как вижу , что они с той стороны прилипли к видеоглазку.
В открытую дверь выглядывает две головы, молча киваю на Вовика.
— Полицию вызвали?
— Да, — кивает Лена, помогая Аселе затаскивать Вовика внутрь.
Отсюда плохо чувствую, но мне кажется, что «гости» номера, двери которого я подпираю снаружи, пытаются эвакуироваться каким-то образом через балкон. Ну-ну, двадцать пятый этаж.
Полиция появляется на удивление быстро, буквально через четыре минуты.
Одновременно с полицией, из нашего номера выскакивает Лена и что-то орёт полицейским на языке, которого я не знаю. Арабский?
Полицейские в количестве трёх человек широко открывают глаза при виде побоища в коридоре, а на крики Лены в свой адрес не обращают никакого внимания. Почти одновременно с полицией, появляется скорая помощь. Её врачи, увидев в нашем номере Вовика, раскладывают принесённую с собой каталку для транспортировки больных и рысят к лифту. Под задумчивые взгляды полиции. Лена с Аселей за это время уже наложили жгут Вовику на руку и бегут рядом с каталкой и вместе с местными врачами. По Вовику вижу, что он жив и даже относительно в порядке, но не понимаю, что его вырубило.
Что врачам говорит Лена, я тоже не понимаю, потому что не знаю этого языка. Асель же по-английски говорит на бегу, что они тоже врачи, более того, реаниматологи. Присутствовали при начале шока, в который погрузился Вовик и в реанимации понимают намного больше своих местных коллег, потому в госпиталь едут вместе.