Лена вопросительно посмотрела на меня, а я молча опустил веки.

В результате, планирование простой, как на мой взгляд, несколькодневной поездки превратилось лично для меня в сущий ад.

Вначале мы несколько дней спорили по поводу района Дубая, в котором жить. Причём мнений было ровно три, слава богу, Вова сразу отписался, что ему всё равно.

Потом ещё несколько дней мы спорили по поводу культурной программы. Снова три мнения.

Потом я прекратил спорить и молча согласился со всем, что придумают Лена и Асель, потому что рассчитывал я только на свои финансы, а моя личная финансовая обстановка изменилась в тот момент положительно.

Наша терапия грудничков-аллергиков (вот и я уже заговорил, как Котлинский), которых на клич наших педиатров собралось достаточно немало, оказалась более чем востребована.

Изначально, план был патронировать тех, кто родился в нашей КЛИНИКЕ. Это и с точки зрения маркетинга было логично (хотя, в КЛИНИКЕ, при принятии решений Котлинским, маркетинг — последнее, что роляет, как мне кажется).

И с точки зрения «производственного процесса» (максимум полдесятка человек в день) проблем даже в долгосрочной перспективе не составляло.

Но груднички и их мамы оказались «мафией», внутри которой информация курсирует своими собственными путями. Буквально через полторы недели, у нас уже был аншлаг. И очередь на вечернюю запись меньше десятка не бывает.

Что, с одной стороны, заставило меня в корне перекроить свой график. А с другой — принесло значительные дивиденды, выплачиваемые Котлинским нашему подразделению (в данном случае, педиатрии) еженедельно.

К осенним каникулам набежало достаточно, чтоб я не спорил с Леной и Аселей ни по поводу отеля, ни по поводу культурной программы.

У меня, конечно, есть и более далеко идущие планы в жизни, но собственный счёт в банке я уже открыл. На который раз в неделю аккуратно складываю остаток того, что мы не тратим. И последнее время недельный остаток очень солидно превышает наши с Леной расходы.

Когда Лена с Аселей наконец выбрали и район Дубая, и квартал внутри района, и конкретный отель (итогом споров стал банальный район Marina), Лена вечером села бронировать отель, для чего полезла в стол за своей «неснижаемой» картой. Попутно нашла мою новую карту, лежащую рядом:

— Мелкий, а ты не говорил, что стал магнатом! Что у тебя за карта? Ещё и моего банка, хе-хе?

— Это банк твоего отца, не твой, — бурчу, не отрываясь от компа.

— Во-первых, я единственная наследница. Во-вторых, если захочу, в совете директоров буду завтра. Или сегодня.

— У нас прорыв по аллергиям. Я рассказывал, — пожимаю плечами, пытаясь не упустить того, что читаю с экрана. — А Котлинский же, в рамках поддержания мотивации, понедельно платит. Плюс онкология, отдельной графой… Вот складываю остатки на счёт. Карта — инструмент управления счётом.