— В бассейне это логично, — смеётся Саматов. — Там трубу обычно в шкафчике оставляют, и с ней не ныряют.
— Я бы проехался, тут пятнадцать минут, — Араб вопросительно смотрит на Саматова.
— Валяй, — равнодушно пожимает плечами Саматов. — Я пока тут… Запишись в журнале на выходе.
После четвёртой сотни Смоляков, наконец, даёт мне вылезти из ванной бассейна и стартовать с тумбочки.
— Так, теперь начинаешь напрягаться, — говорит Смоляков, пристально разглядывая меня с полуметра. — В этом заплыве из минуты уплывут все. Смотри, не подкачай.
— Виктор Александрович, — отвечаю, тяжело дыша. — Я дисциплинированно делаю всё, что вы говорите. Если б плыл один раз, то из пятидесяти пяти точно б вышел. Но сейчас…
— Прекратить! — командует Смоляков. — На старт! Просто напрягайся. Четыре сотни в полную силу!
Пятую сотню прихожу первым. Из минуты выплывают все в заплыве, но до пятидесяти пяти не дотягивает никто.
В отличие от меня.
Шестая сотня. Знакомый ватерполист на соседней дорожке что-то быстро говорит, но я не слушаю. Я сейчас занят молочной кислотой в мышцах и кислородом в крови.
Финиш. Снова из пятидесяти пяти, снова первый.
Похоже ватерполистов переоценили. Не смотря на то, что объявлены кандидатами, до норматива не дотягивает никто. Впрочем, мой сосед с опухшим пальцем, возможно, и мог бы лучше. Если бы.
С седьмой сотни Смоляков меня снимает, и я с благодарностью несколько минут наслаждаюсь покоем. Потому что круги перед глазами начали появляться уже даже у меня.
Восьмая сотня.
Двигаюсь как в киселе, на автомате. Похоже, я что-то не то сделал или с мышцами, или с кислородом в тканях, но ситуацию точно не контролирую. Гребу на автомате. И почти что на задержке дыхания, вертеть головой лень.
Чтоб, навалившись на бортик, увидеть довольное лицо Смолякова, глядящего по очереди на меня и на секундомер:
— Молодец. Лучше, чем до этого.
— Сколько?
Вижу, что Смоляков специально тянет время, так сказать, балуется. Здоровый же мужик…
— Сколько, Виктор Александрович⁈ — выдыхаю на последней силе воли.
— Из пятидесяти двух, — улыбается Смоляков. — Пятьдесят и восемь.
Ничего себе «из пятидесяти двух». Это даже из пятидесяти одной. ЭмЭс с запасом. На чёрт знает какой по счёту дистанции.
На что я сейчас не фанат результатов по плаванию, но пронимает даже меня. Смоляков молодец, как тренер: «раскрыл» меня по полной, если говорить о потенциале этого тела.
— Саня, тут за заплывами наблюдали, — продолжает Смоляков, присаживаясь на бортике и приближаясь ко мне. — К тебе может подойти Васильков.
— Тренер Сборной? — на эмоции нет сил.