Отдал я Демину погашенную расписку, черканул свою и отправился за деньгами, решив в первую очередь расставаться с векселями. Один из них как раз был на две тысячи, его я и решил сбагрить, а заодно выяснить у Валерона, что мне выпало.

— О, — восхищенно тявкнул он. — Это ты смотришь на другого человека и видишь все его навыки. На десятом уровне — даже скрытые. А если на вещь — все ее бонусы и усиления. Навык редко встречается и обладает существенным минусом. Прокачка только большими кристаллами. По десятке на уровень.

— То есть смысла брать нет?

— Сдурел? Как это нет? Говорю же тебе — конкретно полезный. Просто на первом уровне будешь видеть только слабые чужие навыки. Но мы его прокачаем непременно, чего бы мне этого ни стоило.

Энтузиазм помощника следовало притушить. А то он уже уши расправил. Не иначе как решил, что это крылья, на которых полетит к новым достижениям.

— Воруем только у тех, кто ворует наше или нас убивает, — напомнил я сразу же поникшему Валерону.

— Придумаю чего-нибудь, — задумчиво сказал он, постукивая когтем по столу, на котором сидел, чтобы рассмотреть кристаллы. — Ты, главное, навык возьми. Вопрос только, что первым брать: его или сродство к Природе. И он на таком уровне бесполезен, и заклинаний Природы у нас нет.

— А со схемами? Они как заклинания идут, нужно встраивать в график?

— С чего бы? Это схема, не заклинание. Бери первой рогатку, арбалет посложнее будет, больше ингредиентов попортишь поначалу. А с рогаткой, может, и сможешь к выгоде обратить.

Последнее Валерон говорил безо всякого энтузиазма, да я и сам понимал, что схема рогатки вряд ли меня обогатит. С ней бы в ноль сработать, а то разговор по поводу артефакторских перспектив ввел меня в некоторую задумчивость — по всему выходило, что без редких схем и думать не стоит в сторону продаж: конкуренции хватает и некоторые продают даже себе в убыток. Городок-то маленький, а школы целых две…

Пока я ходил за векселем, Егор Ильич сбегал до артельщика с прокачанной интуицией. Тот принес небольшой холщовый мешочек с мелкими детальками из неизвестного мне металла. При этом детальки выглядели словно вот только вышли из-под пресса: ровные и блестящие, а ведь Демин говорил, что его артель выдержала целую битву с механизмусами.

— Дитенку брал, — чуть смущаясь, сказал артельщик. — Но ежели тебе нужней, отдам.

— Не даром, конечно, — вставил Егор Ильич. — Червонец за все.

— Мало на червонец, — ответил я, почему-то сразу сообразив, что цена называлась от балды.

— Дык, товар редкий. Поди, купи такой — никто связываться не хочет.