Валерон обиженно вздохнул.

— Тогда пол нужно вскрыть, — предложил он. — Иначе встанет вопрос, как ты их вытащил.

Пол вскрывать не пришлось, за меня это сделали раньше. Мне пришлось просто вытащить две короткие доски — и вот оно, бывшее хранилище. Мешки я живописно расставил по краям дыры и отправился к Козыреву, благо в это время он еще не должен был никуда уйти из дома.

Выслушал он меня и недовольно спросил:

— А почему не в полицию?

— Не доверяю я им, — честно ответил я. — Это явно астафьевская захоронка, а там кто-то их покрывает. Когда меня по жалобе Астафьева проверяли, один прямо на говно исходил, так ему хотелось меня обвинить.

— Петр, вы же дворянин, — поморщился он. — Потрудитесь оставлять такие словечки для компаний артельщиков.

— Простите, но от этого поведение полицейского лучше не станет. У него точно есть личный интерес.

— Хорошо, пойдемте, гляну на твою находку.

— Я почему забеспокоился, — пояснял я уже по дороге. — Когда мне дом продавали, Демин сказал, что всё, что внутри, — мое. Но эти вещи точно не принадлежали бывшему владельцу дома. Он артефактор, а там все предметы имеют отношение к алхимии. Ну и с учетом, что разумник Астафьева пытался взять меня под контроль…

— Разумник Астафьева? Ты ничего не путаешь? — перебил меня Козырев.

— Я ничего не путаю. Мне за пару дней до их прихода досталась защита от воздействия на разум, и этот тип ее пробить не смог, хотя так старался, что кровь из носа пошла. Так что у них интерес и помимо дома здесь есть.

— Выясним, — мрачно сказал Козырев. — А точно разумник? Проверяли же?

— Думаю, у него скрывающий артефакт есть — очень уж у меня Михайлов хотел подобный найти при снятии параметров. Они на меня заявление написали, мол, у меня запрещенный навык по краже навыков.

— Не запрещенный, а подлежащий обязательной регистрации, — пояснил Козырев. — Есть такой?

— Откуда? — сделал я честную физиономию. — У меня Искра, на похищение которой они пожаловались, всего третьего уровня. Первый получил сразу, два уже здесь прокачал. У меня Воздушный щит, который нам Коломейко дал, и то уже четвертый, потому что я на нем артефакторику прокачивал.

Чтобы увести разговор с опасной темы, я принялся рассказывать, что ко мне ходит Прохоров, жаждущий прокачать целительство через создание одноразовых артефактов, и что даже ему, с учетом высокого процента брака, удалось поднять заклинание на уровень.

Так мы и дошли до моего дома. Козырев развязал один мешок, второй, нахмурился, достал толстенький фолиант, раскрыл и бросил скорее себе, чем мне:

— Его факсимиле. Не доехал, значит…