— Да, час от часу не легче! Но все равно это не правильно, пускай наши летчики тоже меняют свою тактику и сбивают!

— Все равно, справляются, товарищ капитан! Кроме того наши группы через Ледогорова наводят нашу штурмовую авиацию на эту колонну и значительно замедляют темп движения.

— Какие успехи от налетов?

— Выведено из строя несколько танков и до двух взводов пехоты. Видно пилоты ориентированы, в первую очередь на танки и бронетранспортеры.

Тут пришлось вмешаться мне: — Да хер с ними с этими танками и пехотой! С ними как нибудь справимся, важнее выбивать у них на марше артиллерию и связь! Ладно, я свяжусь с Лакеевым, попрошу его изменить указание пилотам. Что еще?

— Между Фусовым и Торки расположился один наш гаубичный дивизион, еще один находится в районе Перевятичи, калибр сто двадцать два миллиметра.

— Это два дивизиона триста сорок первого гаубичного полка, третий дивизион стопятидесятидвух миллиметровых орудий, должен был еще вчера прийти из Павурского лагеря, со сборов. Двадцатого числа начал марш, где сейчас неизвестно. — добавил ясности майор Знаменский.

— Хорошо бы использовать эти дивизионы по танковой колонне!

— Думаю это нереально, на одну нашу дивизию наседают три немецких, уверен неполный полк и так работает на износ!

В самый разгар этого обсуждения, к нам в палатку тихой тенью зашел ЧервоИй, и отозвав от стола шепотом сообщил, что от Избаша и Куренного привезли плененный экипаж «Рамы». На допросе они сообщили много интересных данных, которые подтверждают, а в некоторых моментах дополняют сведения полученные о противнике. Из нового — есть точные координаты аэродрома базирования отряда ближней тактической разведки.

— А вот это очень хорошо капитан. Надо это осиное гнездо с корнем выжечь! Готовьте все данные по этому вопросу, а я буду договариваться с генералом Лакеевым о нанесении мощного удара.

— Есть!

— И вот что, давай-ка весь экипаж сюда, а то тут некоторые… — я кивнул головой на «приблудного» капитана, — изволят сомневаться в надежности полученных разведданных.

Через несколько минут привели пленных. Перед палаткой стоял весь экипаж, среди них один офицер.

— Давай сначала офицера, — приказал я переводчику.

Немец предстал пред ними в живописном наряде. На нем был драный комбинезон, ноги почему-то обернуты тряпками, на голове мятая пилотка.

Офицер охотно отвечал на вопросы: да, сюда подошла почти вся группа армий; да, его отряд ближней тактической разведки получил приказ утром обследовать широкую полосу вдоль шоссе Владимир-Волынский — Луцк; в каком месте планируется основной удар он не знает; где штабы дивизии, корпуса и группы армий ему неизвестно.