— Данные ваших разведчиков надежные, им можно доверять?

«Этот гаденыш, решил измором отплатить… вот сученышь!» — пролетела в голове мысль, но вслух я решил ее озвучивать.

— На сто процентов,капитан! — и снова развернувшись к карте продолжил: — Одновременно, южнее, по дороге от Тартакова к Переспе двигается смешанная колонна немецких танков, бронетранспортеров и машин с пехотой, тягачи с артиллерией, зенитные установки и командно-штабные машины.

— Как, как Вы сказали? Командно-штабные машины? Я правильно сказал? — опять удивился делегат.

«Черт! У них же совершенно другая сейчас терминология! Тут майор мой маху дал…» — подумал я.

Александр Сергеевич, между тем, не сколько не смутившись, ответил: — Военная техника противника обозначается так же, как это принято самим противником! Так вот… Исходя из этих данных, мной сделан вывод о том, что в наш тыл прорвался передовой отряд противника в составе примерно танкового батальона, это приблизительно шестьдесят танков, двух артиллерийских дивизионов полевых орудий, это около двадцати четырех орудий…

— Товарищ майор, как понимать «около двадцати четырех орудий»? Что может быть двадцать три с половиной?

«Су#ка! Ну и въедливый же этот делегат!» — с крайним неудовольствием подумал я, рассматривая этого мужика. Едрихин, между тем продолжал…

— Из-за пыли, поднятой во время движения колонной противника, невозможно было подсчитать точно, но по косвенным признакам, таким как интервал движения между техникой, запасные тягачи, машины подвоза боеприпасов, с высокой степенью вероятности установлено именно двадцать четыре орудия калибра не более сто миллиметров, а также батарея из четырех тяжелых орудий, калибра не менее двухсот миллиметров, плюс еще дивизион противотанковых пушек калибра тридцать семь миллиметров, и смешанный зенитный дивизион из батареи крупного калибра где-то, как наши восьмидесятипяти миллиметровки и около десятка спаренных зенитных автоматов, установленных в кузова полугусеничных транспортеров. По данным Ледогорова, в этом районе постоянно находятся один-два ближних авиаразведчика, но приданные генералом Лакеевым истребители постоянно срывают ведение разведки…

— Что значит срывают, они что уже разучились сбивать? Это же тихоходные машины!

— Нет, сбивать не разучились, немцы поменяли тактику ведения воздушной разведки, они сейчас посылают в разведку два разведчика, и прикрывают их дежурной парой истребителей, которые барражируют над ними, мгновенно атакуют наши самолеты, если наших больше связывают их воздушным боем или, если наших столько же или меньше навязывают бой на вертикалях.