— Чё это было, товарищ прапорщик? — удивленно спросил один из солдат.

— Чё было, чё было — шрапнель!!! — пока я это говорил над лежащими немцами хлопнуло еще раз, и еще раз вскипела там земля.

— А это для надежности. — прокомментировал я вторую шрапнель.

Все стихло, установилась гнетущая тишина. И вдруг — гул… невнятный, еле слышный… Пропал, возник снова. Явно гудят двигатели, и уже непрерывно, не затихая. Втроем пытаемся различить лязг гусениц. Через несколько минут к нам поднялся сержант и доложил, что с вышки наблюдают отход нескольких грузовых машин в сторону запада. Выдохнули все разом. После этого на сердце у меня отлегло.

Посмотрев на солдат, сказал: — Ну что орлы, теперь можно и артиллеристов проверить. Пошли!

На огневых уже кипела работа: подправляли ровики, подальше в лес оттаскивали гильзы и пустые ящики, к подбитым танкам отправилась группа красноармейцев.

— Богам войны наше уважение!

— Спасибо и вы помогли. Очень вовремя один танк на вас отвлекся! — и утвердительно кивнув, добавил: — что контузило слегка?

— Да, под обрывом…

— Жаль остальная пехота уцелела, теперь снова жди их… Хуже нет чем ждать и догонять…

— Не угадал сержант, во-первых не уцелела — и махнув рукой в сторону реки, добавил — все там, и во-вторых, мои наблюдатели доложили, что сразу после боя, на запад ушла колонна машин.

— Вот это здорово, тогда можно перекусить. Приглашаем и вас к нашему столу…

Устроились недалеко от орудий на расстеленном брезенте. Костер не разводили, открыли консервы, порезали хлеб. Уже заканчивали, когда подошли посланные к подбитым танкам бойцы. Командир группы рассказал:

— … Самый крупный кусок брони на месте взорвавшегося танка… не больше противогаза,- утверждал старший. — Воронка от снаряда… поместится свободно наш тягач вместе с орудием. Из танка с подбитой гусеницей взяли вот это, — младший сержант выложил трофеи на шинель: горсть коротких пистолетных патронов с выточкой на фланце, небольшую деталь цилиндрической формы с обрывком шланга, по всей вероятности датчик со щитка приборов. На панели фосфоресцирующие надписи на французском языке. Значит ли это, что подбитый танк французского производства? Или оснащен французскими приборами?

— А остальные танки чего не проверили?

— Люки закрыты…

— Документы есть?

— Обыскали тех, которых шрапнелью того… — с этими словами он достал солдатские книжки.

По обрывкам документов, установили с грехом пополам, что танки принадлежали разведывательному батальону какой-то танковой дивизии. На месте её номера была рваная дыра, и наполовину он был залит кровью. В этот момент наш радист заорал дурным голосом: