– Ладно, хватит, Эрика.
– Сэр, вы в курсе, что мы нашли второй мобильный телефон Андреа?
– Да. Мосс представила отчет.
– И?
– И вы утаили вещественное доказательство. Ту записку, что получили.
– Но эта записка, сэр…
– Записку мог прислать кто угодно. Вспомните хотя бы своих коллег из Манчестера. Вас там до сих пор поминают недобрым словом… – Марш резко замолчал. – Извините. Зря я это сказал… Эрика, выкиньте вы все это из головы.
– Что? Сэр, вы видели фотографии?
– Да, я видел фотографии. И очень внимательно ознакомился с отчетом Мосс. Хотя, читая его, слышал ваш голос. Все равно это ничего не доказывает. У вас нет оснований предполагать, что этот… человек, кто бы он ни был, причастен к гибели Андреа или Айви.
– Или Татьяны, или Каролины, или Мирки?
– Вы преуспели лишь в одном – разозлили массу народа и, фигурально выражаясь, загадили память Андреа Дуглас-Браун.
– Сэр, не я же ее фотографировала…
– Она снимала на свой тайный телефон, во имя всего святого! У каждого есть секреты.
– Полагаю, у нас с вами неофициальный разговор?
– Да, Эрика, неофициальный. И, смею напомнить, вы теперь неофициальное лицо. Вас отстранили от должности. Так что проявите благоразумие. Радуйтесь, что вам платят полную зарплату. Мне известно из достоверных источников, что, если вы не будете высовываться и болтать лишнего, в следующем месяце в должности вас восстановят.
– Не высовываться? До каких пор? Пока Марко Фроста не осудят за преступление, которое он не совершал?
– Вам приказано…
– От кого исходит приказ? – перебила она его. – От вас? Или от помощника комиссара Оукли? Или от сэра Саймона Дуглас-Брауна?
Марш пару секунд помолчал.
– Завтра похороны Андреа Дуглас-Браун. На церемонии я видеть вас не желаю. И не желаю слышать, что вы суете свой нос куда не следует. А когда это закончится, и если вы будете восстановлены в должности, я позабочусь о том, чтобы вас перевели в какое-нибудь отделение за тридевять земель отсюда. Я ясно выразился?
– Более чем, сэр.
Марш повесил трубку. Эрика снова опустилась на диван. Она кипела от гнева. Проклинала Марша, потом себя. Неужели она ошибается? Неужели на этот раз чутье ее подвело?
Нет. Не подвело.
Она выкурила сигарету, затем стала подбирать подходящий наряд для похорон.
Глава 45
Эрика проснулась до рассвета и, потягивая кофе, сидела и курила у окна. Впереди ее ждал день, полный препятствий, которые ей предстояло обойти как можно аккуратнее. Она приняла душ и, когда в начале девятого вышла из ванной, небо все еще было серо-синим. «Ужасно, что приходится хоронить таких молодых, – думала она. – Может, потому и день не хочет начинаться – выражает свой протест».