– Черт. Откуда это у вас? – спросила Мосс.
– Нашла в кармане.
– Когда?
– Сразу же после того, как меня отстранили.
– Почему не отдали?
– Вот теперь и отдаю.
Мосс взглянула на Эрику.
– Да-да, понимаю. Мы имеем дело с серийным убийцей, – произнесла Эрика.
– С серийным убийцей, который подобрался к вам настолько близко, что сумел сунуть это в ваш карман. Хотите, я организую, чтобы у вашего дома дежурила машина?
– Нет. Меня и так считают сумасшедшей. Велели пройти освидетельствование у психиатра. Зачем подливать масло в огонь? Говорить, что за мной следят… – Эрика увидела лицо Мосс. – За годы работы я всяких гадостей повидала.
– Но разве собственноручно записки вам кто-нибудь доставлял?
– Ничего со мной не случится, Мосс. Давайте лучше подумаем, что нам делать дальше.
– Что ж, ладно… Я поручу Крейну сопоставить даты с передвижениями Марко Фроста, но нам не известно точное время смерти ни одной из этих девушек.
– Нужно добыть тот телефон. Возможно, Андреа контактировала с этим типом. Может быть, в телефоне есть его номер, голосовые сообщения, электронная почта. Даже фотографии. Этот телефон – ключ к разгадке, – сказала Эрика.
– Нужны ресурсы, чтобы его достать, – напомнила Мосс.
– Я поговорю с Маршем.
– Уверены? Не слишком рискованно?
– Я давно его знаю.
– Ваш бывший?
– Что вы, нет. Мы учились вместе, и я познакомила его с его женой. Это что-то да значит, – сказала Эрика. – Ну, а если нет, что я теряю?
Глава 37
Старший суперинтендант Марш впихивал в себя вторую порцию крем-брюле. Он уже насытился сверх меры, но очень уж вкусный был десерт. Он взял керамическую формочку и погрузил в нее ложку, со смаком проломив хрустящую карамелизированную корочку. Марси давно просила его купить ей на Рождество специальную кулинарную горелку – пообещала, что будет готовить ему крем-брюле каждую неделю. И почти держала слово.
Он смотрел на жену, омываемую сиянием свеч в их столовой. Она сидела рядом с ним за длинным обеденным столом, увлеченно беседуя с круглолицым темноволосым мужчиной, имя которого Марш не запомнил. Он весь вечер прислушивался к их разговору, надеясь, что Марси обратится по имени к своему собеседнику, но пока ждал тщетно. Если он не вспомнит имя этого человека, значит, позже в спальне ему ничего не светит, а Марш страстно желал жену. Ее длинные темные распущенные волосы падали ей на плечи, лиф длинного струящегося белого платья соблазнительно облегал ее грудь. Марш посмотрел на трех других гостей за столом, подумав, что в сравнении с Марси они ужасно непривлекательны: с алой помадой на губах женщина средних лет, которой удавалось выглядеть одновременно неряшливой и элегантной; старик с клочковатой бородой и длинными ногтями, который, по мнению Марша, просто пришел поесть на халяву; и худой женоподобный парень с волосами мышиного цвета, собранными в «конский хвостик». Они увлеченно беседовали о Сальвадоре Дали.