– Тогда кто же ее отравил?
– Не знаю, – тихо ответила Линда. Из кармана джемпера она вытащила скомканную бумажную салфетку и принялась тереть ею глаза, пока они не покраснели.
– А что можете сказать вот про это? – спросила Мосс, положив на стол прозрачный пакетик с запиской, которую подсунули Эрике.
– Что это? Нет, нет, нет. Я ничего не знаю! – По красному лицу Линды снова заструились слезы.
– Мне кажется, Линда уже достаточно удовлетворила ваше любопытство, – произнес голос из глубины зала. К ним направлялась непонятно откуда появившаяся экономка Дуглас-Браунов с нависающими на глаза веками. – Если у вас еще остались к ней вопросы, давайте организуем более официальную встречу, на которой будет присутствовать семейный адвокат?
– Линда, – обратилась к девушке Мосс, ткнув пальцем в мужчину рядом с Андреа на фотографии. – Этот человек также подозревается в изнасиловании и убийстве трех молодых женщин из Восточной Европы, погибших за последние два года, и в совершенном на днях убийстве одной пожилой женщины.
Линда выпучила глаза. Экономка указывала им на дверь.
– Линда. Если вспомните что-нибудь, даже какуюнибудь мелочь, пожалуйста, свяжитесь с нами, – попросила Эрика.
* * *
– Она либо не знает этого типа, либо очень уж хорошо притворяется, – рассудила Мосс, когда они вышли на улицу.
– По-моему, не лгала она только про кошку. Кошку убила не она, – заключила Эрика.
– Но мы не расследуем убийства кошек.
– Думаю, надо нанести визит Джайлзу Осборну, – сказала Эрика. – Посмотрим, что он скажет про Линду и эти снимки.
Глава 43
– Да она вообще ненормальная, – заявил Джайлз Осборн. – Я ее просто боюсь, да и многие мои сотрудники тоже.
Мосс с Эрикой сидели в стеклянном офисе Джайлза, из которого открывался вид на сады за стандартными домиками рядовой застройки. Где-то за этими домами проклацал поезд. На территории промышленного комплекса, что находился по одну сторону, вздымались мокрые от дождя топливные резервуары. Казалось бы, глупо возводить столь элегантное современное здание с видом на такое тоскливое место.
Создавалось впечатление, что Джайлз давно не высыпается. Кожа на его осунувшемся лице обвисла. Эрика также отметила, что он похудел за две недели с тех пор, как обнаружили тело Андреа.
– Родные Линды, конечно, знают про ее проблемы, – продолжал Джайлз. – Для них она давно уже – паршивая овца. В какую бы школу Линду ни устроили, ее отовсюду исключали. Когда ей было девять, она воткнула циркуль в лицо учительнице. Бедная женщина лишилась глаза.
– То есть вы считаете, что у Линды проблемы психологического характера? – спросила Эрика.