— Чего это — «токсичных»? Нормальные у нас отношения!

— Хочешь поговорить об этом? Почему, по-твоему, Олег настолько в себе не уверен?

Пожимаю плечами. Не то чтобы я действительно мечтал о сеансе психоанализа от этой дамочки… Но откровенничать я не намерен, а Аля, быть может, что-то дельное скажет. Послушать умного человека никогда не вредно, а с интересной женщиной поболтать еще и приятно, что уж там.

— Но здесь по крайней мере Олег чувствует себя значимым…

— Верно! Таким значимым, каким никогда не был рядом с тобой. При тебе он всегда был слабым, пассивным, второстепенным, нуждающимся в защите…

— Ты путаешь причину со следствием. Он нуждался в защите, потому я его и защищал!

— Естественно, ты видишь это так. Вам обоим такие отношения были… не столько удобны и радостны, сколько привычны. В психологии это называется «зоной комфорта».

— Да нет же! Не было мне комфортно от того, что Олежа такой беспомощный! Я все время пинал его, чтобы он повзрослел и слез наконец с моей шеи!

Аля улыбается и подносит к губам чашку с кофе. Сегодня на ней не худи, а свободный свитер с вырезом, приоткрывающим ключицы. Довольно изящные, надо признать, ключицы. Наверно, и вся фигурка очень даже ничего — жаль, что Аля вечно носит мешковатые балахоны…

— Видишь ли, Саня, зона комфорта — это не обязательно то пространство, где людям комфортно. Это то, к чему они привыкли. Вы оба, ты и Олег, вросли в свои роли защитника и нуждающегося в защите. И взросление — не тот процесс, которого можно добиться пинками, даже и с самым добрыми намерениями. Я могла бы проанализировать ваши отношения, но с твоей стороны нет запроса на анализ…

— Ну считай, что вот он, этот запрос. Чего там у тебя выходит по анализу?..

— Это может быть неприятно услышать… — Аля отбрасывает прядь, которая только что едва не попала в кофе. — Но понимаешь, какое дело, Саня… больше всех обижал Олега ты сам. Все эти пинки, подзатыльники, обзывательства… Для тебя это выглядело как проявления опеки, и ты никогда не задумывался, как это воспринимает сам Олег, как это на него действует… Что именно из-за твоего отношения он застрял в позиции жертвы, нуждающейся в защите.

— Ну а что мне было делать, а? Махнуть на него рукой? Он же несколько лет перед Одарением только и делал, что резался в игры свои дурацкие…

— Это не так. Мы с ним это обсуждали — он много чем занимался. Да, играл запойно, но еще и с людьми общался, программировал понемногу на фрилансе, постоянную работу искал. Просто тебе не рассказывал. Ожидал, что ты как-нибудь все обесценишь. Играл безотрывно, когда ты приходил — чтобы поменьше с тобой разговаривать.