Раньше мне было очень обидно от таких слов. Ведь я-то как раз отличница!
Но что бы я ни делала, как бы ни старалась заслужить мамино внимание и одобрение, – получала в лучшем случае равнодушное «молодец». В то время как любые успехи Антона превозносились до небес!
Я всегда слышала: «ты старшая, ты должна заботиться о брате! Ну и что, что он младше тебя всего на год?! Он еще маленький! Вот помру я – только вы двое друг у друга и останетесь!»
Хорошо хоть, что сам Антон, несмотря на всю эту суету вокруг себя, вырос адекватным парнем, а не высокомерным зазнайкой.
Наверное, сказалось то, что мы с самого детства вынужденно делим с ним одну комнату на двоих: все-таки мы постоянно общались. Да и интересы у меня, прямо скажем, были совсем не девчачьи...
Пока мои сверстницы интересовались мальчиками, косметикой и шмотками, – я предпочитала читать. Пока они тусили в подростковых компаниях, – я сидела дома с Антоном и вместе с ним смотрела разные фильмы, которые мы потом обсуждали. Иногда жарко спорили, иногда сходились во мнениях, – неважно! Главное, что мы были вместе.
До тех пор, пока я не поступила в университет.
После этого у меня стало заметно меньше времени, так что брат как-то незаметно отделился от меня. Прибился к какой-то компании и стал все чаще уходить вечерами из дома... Вот на сто процентов уверена: именно из-за этого с ним что-то и случилось!
Знать бы еще, что именно...
Вздохнув, я встаю со ступенек.
Время за тревожными мыслями пролетело незаметно: транспорт уже ходит, пора ехать домой.
Впрочем, сначала я добираюсь до вокзала, потратив ради этого последнюю мелочь из сумочки. Там можно арендовать пауэрбанк.
За билет на электричку я расплачиваюсь уже с помощью телефона.
Сорок минут на «Ласточке».
Двадцать пять – пешком.
Стоит мне подняться на свой этаж и открыть ключом дверь, как в прихожей показывается собирающаяся на работу мама:
– А! Явилась наконец-то, гулена! – сварливо говорит она. – Ну и где ты шлялась столько времени?!
Едва я открываю рот, чтобы озвучить заранее придуманную успокаивающую ложь, как мама тут же перебивает меня:
– Ладно, я побежала! – и начинает торопливо обуваться. – Опаздываю уже! Вечером все расскажешь! И про мальчика своего, и про то, почему на звонки не отвечала!
– Подожди! – прошу я. – Что с Антоном-то случилось?!
Мама страдальчески морщится:
– А ты вот иди, сама этого оболтуса спроси! Вот же дал бог деток... Одна с мальчиками какими-то шляется сутками – того и гляди, скоро бабушкой стану! Второй как связался с компанией своей дурной, так вообще от рук отбился... И говорила ведь я ему, вот как чувствовала: не доведет все это до добра! И вот, так оно и есть! Что вот теперь делать?!