Расположились в гостиной за журнальным столиком. Полукруглый диван сближал, хотя они и ели из разной посуды, но казалось, что с одной и сидя вплотную.
— Никогда не была внутри этих домиков. У тебя уютно, — оглядывала обстановку внимательным взглядом, не упуская детали из личных вещей в интерьере.
В вазочке на тумбе букет сухоцветов, что набрал Егоза в поле.
Рада, заметив их, улыбнулась. Внимание к букету не укрылось от Ивана и он пояснил:
— Собрал цветы вместе с колосьями и возил в комбайне весь день. А вечером захватил сирот в дом.
— Ваня, ты романтик.
— А, это да. Маме все детство собирал травинки и разнотравье вдоль тротуаров и в поле и преподносил как самый красивый букет дорогому человеку.
— Мама счастливая и хорошая, раз воспитала такого сына.
— Так, перестань меня хвалить, — зыркнул, напуская строгость тону.
Рада снова пробежалась глазами по интерьеру, заострив взгляд на полке с макетами сельхозтехники. Иван, заметив неподдельный интерес развил тему.
— Купил заготовки на Озоне, чтобы вечерами иногда занять себя, — пояснил происхождение конструкторов.
— Руки золотые у тебя, Иван. И готовить умеешь, и землю любишь, и… — не договорила, но так посмотрела на мужчину, в самую глубину души, будто пытаясь разглядеть, что скрыто за фасадом.
Теплые глаза цвета карамели в метре от меня, а ощущение, что на расстоянии поцелуя. Ого! Куда меня понесло?
Встряхнулся и пробурчал:
— Обычные руки рабочего человека, — и принялся доедать омлет, запивая его кофе.
Рада тоже покончила с ужином и маленькими глотками пила кенийский напиток, то ли растягивая удовольствие, то ли оттягивая разговор о деле, с которым пришла. Она так и не сказала Ивану о причине визита. А он и не торопил, наслаждаясь приятной компанией, на время забыв чья она дочь и чья-то невеста. В минуту легкого счастья, откинув лишние думы, лишь желал продлить мгновение, задержав стрелки часов.
— Твои родители знают где ты? — не выдержал Егоза.
— Отец на два дня уехал в Ставрополь закупать семена и химикаты. А мама дома, — ловко ушла от ответа горянка.
Неужели ради одно лишь любопытства посетила его жилище? Что же, не удивительно, учитывая ту кипучую энергию что бурлила в молодом теле в моменты их сближения. Иван вдруг загрустил, понимая, что у них разные пути. Он уедет в ноябре в город, Рада вернется в институт, а потом выйдет замуж. Не за него, за своего нареченного Саида, будь неладны эти горские традиции.
— Скажи, Радмила, — заглянул в ее лукавые глаза. — Тебя любопытство ко мне привело и только? Нет же более серьезной причины?