— Так. Слово в слово. Под копирку? Ну вот что…
Сложила оба листа вместе и разорвала на четыре части. Затем смяла и бросила в мусорную корзину.
— Поскольку первое заявление не соответствует действительности, стало быть и второе — полная лажа. Будем считать, что их не было. Шеф уже звонил в кадры. Когда Хоршев придет за трудовой книжкой — не отдавать. И сразу сообщить нам. Никуда мы его не отпустим.
Она присела на диван. — Ну давайте, говорите.
— О чем?
— О чем угодно. Я очень хорошо умею слушать.
Ирина тихо спросила: — Скажите, вот то оборудование в спортзале. Он купил?
— Конечно. Кто же еще? — Смирнова улыбнулась. — Пришел к шефу и сказал, что ему тут все равно делать нечего. Вот купит и будет заниматься. А когда уволят — все нам останется. Почти на полмиллиона там. И попросил никому не рассказывать. Такие пироги. А что?
— Я ведь его паразитом назвала… там, в зале. И еще накричала всего.
— За что?
— За ошибку по аллергии. Помните историю с Сафроновым? Так это не он ошибся-то. Глухов.
Смирнова ахнула. — Как так? А почему молчали?
— Побоялись, что он Глухова покалечит.
— В смысле? Он что, руки распускал?
Ирина сморщилась, словно от боли. — Ничего он не распускал. Никогда. Слова грубого не слышали. Просто… боялись его все. И я тоже… боялась. Вот и психанула.
Она покивала головой и продолжила. — Я ведь поняла, о чем он со мной поговорить-то хотел. Об этом своем видении. Просто не хотел при всех, вот и все… Я сейчас позвоню ему.
— Звонили, абонент отключен.
— Тогда поеду, адрес у меня есть.
Начальница решительно подняла ладонь. — Так, никуда вы в таком состоянии не поедете. Ирина Сергеевна, мой вам хороший совет — езжайте домой и аккуратно ведите машину. Если завтра до обеда не объявится, я сама его навещу. На служебном транспорте. Это недалеко, с полчаса ехать. Вот вы и составите мне компанию. А сейчас не надо. Хорошо?
Ирина уныло шевельнула плечом.
— Как скажете.
Глава 36 Брат: Признание
Ирина остановилась перед дверью в ординаторскую. Впереди очередная утренняя оперативка. Но она медлила открывать. Ее охватила странная, непривычная нерешительность. Вот сейчас она войдет… там ее подчиненные. И все ЗНАЮТ о случившемся вчера. Как они восприняли это? Виду конечно не покажут, но что у них внутри? Что думают на самом деле? А ведь они точно что-то думают… и это конечно не одобрение.
— Ладно, надо идти. И вести себя как обычно.
Она потянула ручку и вошла в помещение. — Всех приветствую.
Присев за свой столик, обвела глазами собравшихся. Медики смотрели на нее, ожидая команды. Все как обычно. Хотя не совсем. Маричевой не было. Странно. Заболела что ли?