Ольга чуть прищурилась. — Да, нашли. Пункцию взяли и проверили.
— Но это же долго.
— Это если по всем позициям проверять — долго. А тут конкретно искали. Ликвор анилином покрасили и все. Их там как грязи оказалось. Менингит был бы жуткий.
Сахно и Глухов переглянулись. — Ничего себе… А как он это понял-то?
Вмешалась Настя:
— Да он не это понял. Он просто смерть ее увидел. У Хоршева явно какие-то способности есть. То ли экстрасенс, то ли ясновидец… я в этом слабо разбираюсь. Сказали, на голову ей смотрел. Наверно что-то проступило на лбу. Может пятно темное, печать какая-то… Вот он эту смерть и понял. А что, почему — без понятия.
— Ага, и я про то. — Ольга всплеснула руками. — Его спрашивают, что не так-то? А он — не знаю, делайте анализы. А как про голову сказал, тут сразу и началось. Ирина Сергеевна час назад прошла к себе. Вся бледная, как зомби шла. Операцию не она делала, а лично Валерьевна. Ну куда ей в таком состоянии?
— Она в кабинете?
— Ага. Заперлась. Я стучала, не отвечает. Я звонила Валерьевне только что. Сказала, зайдет.
Послышался шум лифта, дверцы раскрылись и на этаже появилась Ирина Валерьевна Смирнова, зам. по хирургии. Кинув короткий взгляд на собравшихся, она молча прошла мимо, направляясь к кабинету заведующей. Все проводили ее взглядом. Лена тихо спросила:
— А что теперь с Андреем? Надо же позвонить, извиниться.
— Ой, да звонили уже! Не раз. Телефон у него отключен. Ну ладно, молодежь, вы идите домой. А нам с Настей потрещать нужно.
* * *
Ирина сидела за своим столом. Недвижно, словно в остановленном кадре. Минута шла за минутой, она все так же сидела, уткнувшись взглядом в какую-то точку внизу двери. Иногда по лицу словно пробегала тень, губы кривились, она щурила глаза и снова замирала. Так прошло около часа. Кто-то стучал в дверь, она не реагировала.
Вдруг она шевельнулась и открыла ящик стола. Достала увольнительное заявление и пробежалась взглядом. Оно было совсем коротким. Вверху справа «шапка» на имя главврача. А ниже несколько слов.
— Прошу меня уволить, так как медицина это не моё.
Она с минуту смотрела на бумажный лист. Затем нервно хохотнула. Еще и еще раз и уже не в силах остановиться — рассмеялась. Нервно, прерывисто… Вдруг замолчала. Медленно взяла чистый лист и написала на нем что-то. Потом закрыла лицо ладонями и снова замерла.
В дверь постучали: — Ирина Сергеевна, откройте пожалуйста.
Узнав голос начальницы, она вздохнула и пошла открывать. — Заходите. — Затем села на диван, глядя куда-то вбок.
Смирнова поджала губы. — Понятно.
Оглядевшись, увидела на столе два бумажных листа. Подошла, стала читать.