Вдовушка добавила самодельную кобуру с ремнем, чтобы можно было крепить как на бедро, так и поперек живота. И миниатюрный патронташ на четыре патрона, который пристегивался к стволу.

Митька притащил самодельную мишень, собранную из деревянных брусков. С такими обычно метатели ножей тренируются — им удобно вышедшие из строя блоки по одному менять. На мишени старательная детская рука намалевала углем несколько страшных демонических рожиц.

Кухарка, сбегавшая куда-то в дом, вернулась и ничего вручать не стала, но позвала на завтрак.

Какой там завтрак? Мне надо было испытать «крынку», благо Лука взялся мне помочь и всему научить. Так что я просто выпал на ближайшие три часа, забыв о еде, о доме, до которого так и не дошел, чтобы оценить ремонт.

Лука оказался очень терпеливым учителем, и, отстреляв половину пачки обычных патронов, я уже мог с уверенностью попадать в пятачок демона с двадцати шагов, а порой и дальше. А еще научился перезаряжать чуть ли не с закрытыми глазами, за спиной, в движении, ползком, в прыжке — в общем, погоняли меня неплохо по полянке. Сторож научил, как чистить ствол и как вынимать гильзу, если экстрактор не сработает или засорится. По ходу вспоминая и рассказывая разные байки, связанные с деймосами, рассказал, куда целиться и где искать слабые зоны.

Можно было сказать, что мастер-класс удался. И проблема осталась только одна — в самом факте перезарядки. Я постоянно забывал это делать, когда увлекался стрельбой и после выстрела продолжал щелкать вхолостую. Очень не хватало автоматики и еще хотя бы пары патронов в магазине. Пришлось натурально заучивать и каждый раз проговаривать: выстрелил — перезарядил, выстрелил — перезарядил.

Завтрак нам принесли прямо на улицу. Давно остывшие глиняные горшочки с пшенной кашей и тыквой. Внутри «плавал» растекшийся, и уже по новой замерзший кусок масла. Но было вкусно, особенно с мягким хлебом.

* * *

Для починки дома Гидеон нанял несколько мужиков из Авдеевки, специализирующихся на стройке, и они, как два лихих скалолаза, лепили сейчас что-то на месте сгоревшей комнаты, как говорится, из фигни и палок. То есть из тесаных бревен, которые еще несколько человек таскали из леса и обрабатывали, не отходя от кассы.

Я подошел познакомиться с прорабом и собрался напустить на себя суровый вид, типа я заказчик, халтуру распознаю и вообще как-то криво они бревна «ложут». Но засмотрелся на вышитую бирку на груди у мужика и вспомнил замороженное тело. «Степановское рыбное товарищество» — так, что же это получается?

Либо здесь, как в том мире, в какой регион не приедешь, везде «Александровка» да «Ивановка», и это простое совпадение. Либо связь есть, и рыбаков на корм оборотням привезли из деревни, где уже какое-то время бушует разрыв, который никто закрывать и не собирается.