Гидеон во многом подтвердил нашу версию, дополнив своими выводами и тем, что успел подглядеть. Решили ехать в Белый Яр.

Я попробовал поспорить на тему, что сектантам нужно завершить ритуал и они точно вернутся, а значит, надо кого-нибудь оставить. Но меня даже слушать никто не стал. Банши в своей манере покрутила пальцем у виска. Стеча сослался на необходимость сдать отчет графу.

Гидеон сказал, что, пока не выпьем, ему на все положить с высокой колокольни. Про пленных даже говорить не стоит. Уставшие, голодные женщины с детьми и пара деревенских мужиков хотели только одного — поскорее свалить отсюда.

А Кравец сказала, что чем раньше мы доложим в Орден, тем раньше Орден здесь всех раскатает.

Геройствовать в одиночку мне не хотелось. Хотя спасать понравилось. Гидеон даже в какой-то момент сказал, что я стал очень похож на своего деда. Я надулся от гордости и не стал рассказывать про ситуацию с фобосом. Сначала надо самому осознать, что произошло и повлияло ли это как-то на меня. Главное, я хотел понять, как использовать это себе на пользу.

* * *

На подъезде к Белому Яру мы разделились. Фургон с пленниками поехал через западные ворота, а «буханка» — через восточные.

Кравец больше не хотела попадать в засаду, а если все же придется, то чтобы хоть кто-то добрался до Ордена. На мой взгляд, предосторожности были излишними. Если в прошлый раз ребята напоролись на темной, пустой дороге, то сейчас из Белого Яра постоянно кто-то ехал. А порой и целыми караванами или просто пешком — народ бежал из города.

Появились блокпосты — не знаю, что они охраняли. Может, их скорее для порядка поставили или в случае карантина, если город будет потерян. Внутрь, по крайней мере, пропускали без проблем. А когда узнавали Кравец или Гидеона, то даже с радостью.

Город не спал. Над купеческим районом и над пристанью виднелись алые всполохи и само небо отливало красным. Пахло дымом — как от пожаров, так и ружейных выстрелов. В разных концах слышалась стрельба и рев чудовищ.

В центре пока было спокойно, даже пусто. Лавки, трактиры и склады заперты и забаррикадированы, в окнах мелькали сосредоточенные лица вооруженных людей. Возле Ордена вообще будто все вымерли — абсолютно пустая парковка. Мы высадили Стечу, обещавшего найти нас позже, и пошли в отделение.

Внутри были люди, много раненых людей, вокруг которых суетились врачи. Первый зал превратился во временный госпиталь. На полу в несколько рядов в разной степени попорченности лежали охотники. Синяки, ссадины, гипс и перебинтованные конечности — полное ассорти из травм и увечий. В следующем зале прямо под информационным табло кого-то оперировали.