В общем, мне пришлось отбиваться за всех, а когда мы уже подъезжали к особняку госпожи Аванесян, наш водила Арсен дважды пытался свернуть не в ту сторону, отправляя нашу компанию на дегустацию шампанского в Золотую балку или же на развлечения в мотоциклетном парке небезызвестного Залдостанова (Хирурга).

Пришлось, буквально вырывая руль, требовать от болтливого таксиста, чтобы он доставил нас именно к чёрному особняку Гекаты. В какой-то момент мне показалось, что само это имя воспринимается им как символ реальной опасности, куда точно ехать не надо. Но все мы были категорично неумолимы!

И да, разумеется, ворота во двор были закрыты, но стоило мне пару раз стукнуть по чугунным створкам, как они послушно распахнулись. А не это ли мне в прошлом обещала сама хозяйка данного поместья? «Приходите по-соседски» — так, кажется, да? Ну вот я и пришёл. Пропустите со всеми моими друзьями или как?

Отдаю должное Гекате, или госпоже Аванесян, нам не пришлось ждать ответа долго. Практически в ту же минуту створки ворот беззвучно откатились в стороны, и вся наша банда в четыре личности шагнула во двор. Это было откровенно и совершенно безопасно, потому что на этот раз ни одна лигурийская псина не обернулась в наш адрес.

Все собаки дружно сидели в выразительных позах по углам и ни разу не скалили зубы, приветствуя нашу компанию. В прошлый раз, как вы помните, всё было совсем иначе. Но мы справились. А сейчас подозрительное дружелюбие хозяйки особняка могло выйти нам боком…

Когда мы поднялись по ступеням и встали перед столь же готическими чёрными дверями, я оказался ближе всех, чтобы трижды постучать в них кулаком. Безответно, но тем не менее. В том смысле, что нам никто не ответил, но они также бесшумно отворились. Нас ждут? Какая честь…

Конечно, нас ждали, кто бы сомневался?

— Александр, я рада вас видеть, — в самом начале тёмной картинной галереи стояла босая черноволосая девушка в облегающем платье из чёрного струящегося шёлка. Её лицо было бледным, губы алыми, а цвет глаз переливался от багрово-кофейного до ультрамаринового с оттенками краплака. — Остальных я не звала, но хоть их имена мне знакомы. Если они с вами, то пусть пройдут.

Гребнева гневно покраснела и уже открыла было ротик, как Земнов быстро запечатал его ладонью и вежливым кивком предложил мне идти вперёд. Денисыч, как всегда, замыкал тылы и, кажется, успел-таки приложиться к амфоре в сумке. Меж тем Геката бесцеремонно взяла меня под руку, подводя к одной из картин.

— Приобрела буквально вчера. Посмотрите, как вам?

Мне пришлось дважды протереть глаза: неужели это настоящий Ван Гог? Без специальной экспертизы, конечно, трудно сказать наверняка, но характерные мозаичные мазки, плотно формирующие свет и тени, яростная экспрессия, чистые краски и нервная подпись в углу уверенно подтверждали авторство этой работы.