Оказавшись в портальном зале станции, Уйдо в сопровождении Ивана Афанасьевича и профессора Маора немедленно отправился в защищенную приемную, где их дожидалась гостья. Им навстречу встала худенькая большеглазая девочка с мышиного цвета волосами. Она смотрела на вошедших мужчин с какой-то отчаянной, горькой надеждой. Профессор при виде ее ауры запнулся, вытаращил глаза и выдохнул:
— Святые боги! Пустотница!
Найдя очередной провал в пустоту, Хайтара сместила вверх левое воздушное крыло и нырнула в него. За ней плыли в воздухе четыре большие рыбины, укутанные в обрывок старой сети, и целых три корзины с моллюсками, собранными на далеком океанском островке, куда никто из летящих, кроме нее, добраться не мог, силы не хватало. А на ближних островах давно все собрали и выловили, в Сидящем Карлике начинался голод. Рыба ушла, рыбаки безуспешно заплывали все дальше, раскидывая свои сети, но привозили настолько мало улова, что его едва хватало детям. Взрослые давились вареными водорослями, которые позволяли наполнить желудок, но почти ничего не давали телу. Так что сегодня или завтра в селении будет праздник! Жаль только сама Хайтара вряд ли сможет на нем присутствовать, устанет настолько, что просто свалится. Слишком много сил пришлось потратить, чтобы сперва добраться до дальнего островка, а потом добыть еду и доставить ее в Сидящий Карлик.
Одновременно левитировать тяжелые корзины, себя саму и искать провалы Пустоты, сокращающие путь, было неимоверно трудно, и Хайтара не справилась. Обнаружив посреди бесконечного океана никем не населенный пик, девушка отыскала на нем большую пещеру, забилась туда и мгновенно уснула прямо на камнях. Снились ей почему-то всякие ужасы, убитые какой-то тварью мама и папа, хотя на самом деле они не вернулись с рыбалки, раздавленная камнепадом младшая сестренка, которой у нее никогда не было, пытающиеся спастись от неведомой опасности знакомые и незнакомые люди, сыплющиеся с высоты прямо в прибой.
Проспала Хайтара до следующего утра, открыв глаза только с первыми лучами одного из трех солнц родного мира. И тут же обнаружила, что в пещере она не одна. Возле небольшого костерка из плавника прихлебывал горячий ягодный отвар незнакомый летящий с жестким, словно вырубленным топором лицом. Он помахал рукой и приветливо улыбнулся настороженной девушке, и эта улыбка сразу изменила его, сразу стало ясно, что это не взрослый мужчина, а совсем еще молодой парень лет двадцати, ну, может, двадцати двух.
— Привет, меня зовут Тисар, — представился незнакомец. — Я из Серого Лабиринта.