Важную роль, по мнению Николая, в «охмурении» товарища Петухова сыграл ещё и проектировщик. Чёрт знает, чем «искусил» его Трепаков, но о добавке «поташ плюс лигносульфонат» тот отозвался, как о весьма интересной. Пока что теоретически, но если лабораторные испытания окажутся положительными, а кладка при включении отопления не даст осадок, он пообещал, что лично будет рекомендовать этот опыт к внедрению по всей области в Облисполкоме и Совнархозе…

Сам Стрельников выходил выступать на «сцену» четыре раза. Его переданный Трепакову «Отчёт о добавках» перепечатали на машинке в десяти экземплярах и раздали всем заинтересованным лицам, включая проектировщика и заказчика. Врать об «армейском опыте» приходилось напропалую, но оно того стоило. Секретность снимала бо́льшую часть ненужных вопросов о практике применения «незамерзайки», зато стимулировала интерес и желание опробовать «засекреченные» придумки самостоятельно. Проблемы строительства в зимний период занимали, действительно, многих, от простых работяг до министров. Страна, где на большей части территории снег лежал по полгода, просто не могла позволить себе уходить на эти полгода в зимнюю спячку. Снижать темпы строительства означало всё больше и больше отставать от других, кому с климатом повезло и не надо заботиться, до какой глубины заглублять фундамент, как сберечь стены от промерзания и сделать так, чтобы раствор и бетон не теряли на холоде свои свойства.

На все вопросы Николай ответил достойно. Эксперимент с добавками постановили довести до конца. Финансирование взяло на себя управление треста. Разработать «Инструкцию по применению противоморозной добавки в построечных условиях и на растворобетонных узлах» поручили начальнику ПТО. График внедрения — плановому отделу. Расчёты по стоимости — экономистам. Определение поставщиков и линий поставок — снабженцам. Контроль исполнения — лично Главному инженеру. Срок — до конца декабря. Нормальный рабочий процесс. Всегда бы так было, возможно, что и застоя бы через десять-пятнадцать лет не случилось. По крайней мере, из-за отсутствия «трудового энтузиазма» у начальства и исполнителей…

— Проводишь? — спросила Баркова, когда они вышли на улицу.

Николай посмотрел на часы и покачал головой:

— Не получится. Мне ещё на объект надо сбегать, проверить там кое-что.

— Жалко. А завтра ты что будешь делать? Может, по городу погуляем?

— Так холодно же!

— А нам сегодня прогноз прислали. Обещают, что в воскресенье и понедельник сильное потепление, почти до ноля.

— Потепление, говоришь? Ну, тогда ладно. Давай тогда… часиков где-то в двенадцать. На площади Революции, у фонтана.