— Дёрнешься, сдохнешь, — пообещал негромко Кирьян. — И ты, фраер, тоже, — кивнул он второму гостю, замершему посреди помещения.

Стрельников мысленно выругался. Ситуация ему совершенно не нравилась. Это был перебор. Причём, перебор конкретный, с плохой перспективой.

— Убери нож, Кирьян. С ножом двое на́ двое — это не по понятиям, — покачал головой Николай. — А граждане просто погорячились. Но теперь, как я вижу, всё осознали и претензий ни к кому не имеют. Не так ли? — взглянул он сперва на мелкого, затем на громилу.

Первый тут же кивнул, второй снова и́кнул.

— Ну, вот и чудненько. Претензии сняты, расходимся. — Кирьян убрал нож и отшагнул в сторону.

«Гостей» уговаривать не пришлось. Чтобы смыться из этого «страшного» места, им понадобилось всего три секунды. Дверь хлопнула, Николай повернулся к Кирьяну.

— Финку сюда положь, — указал он на стол.

— Да какая ж то финка, начальник, — хохотнул Сапуньков. — Обычный кухонный ножик. Я им колбаску в каптёрке резал, вдруг слышу, грохочет чего-то. Пошёл посмотреть. А эти придурки, — кивнул он на дверь, — прям-таки обдристались от страха, гоп-стопщики хреновы.

— Ты зубы-то не заговаривай, — дёрнул щекой Николай. — Кухонный ножик… Ха!.. Зарезать можно и вилкой. Так что давай, клади его вот сюда и рассказывай, чего ты делал в каптёрке…

Бывший сиделец вздохнул, положил нож на стол («Действительно, кухонный») и вытащил из-за пазухи справочник. Тот самый, который сегодня весь день изучал наказанный за вчерашнюю пьянку Васильев.

— Видишь ли, бригадир… Мне как-то вот интересно стало, что ж в нём такого есть важного, раз ты учить заставляешь. Ну, я и взял его… почитать.

— В каптёрке?

— В каптёрке.

— И даже домой не пошёл?

— А что там в общаге делать? Нажраться и морду кому-то набить? — пожал Сапуньков плечами. — Не, мне это надоело. Мне хочется чего-нибудь… умного. Как в этой книженции, например. Но только я не всё понял там. Слова там местами какие-то слишком мудрёные.

— Какие? А ну, покажи.

— Да хоть бы вот эти, к примеру…

Они уселись за стол и принялись разбирать брошюру. Николай как учитель, Кирьян как учащийся…

Бывший сиделец ушёл с объекта в районе полуночи. Стрельников его еле выпроводил. А после ещё два часа дописывал свой план-график, но так и не дописал — голова уже совсем не варила.

А утром, не выспавшись, примерно за час до работы он уже принимал «экзамен» по арматурным делам сразу у двух «подопечных» — Васильева и Сапунькова. Последний не только сам на то напросился, но и заставил первого прийти на объект пораньше, чтобы, как говорится, лишнего времени не потерять. Экзамен и тот, и другой, в принципе, сдали. Теоретический. Где-то в районе «четвёрки с минусом». Выше у них всё равно бы не получилось, поскольку на «пять» сдать могли только те, кто имел хоть какую-то практику. А практику ещё следовало организовать. Однако, во-первых, на этом объекте её имелось не так уж и много, а во-вторых, по плану, сложившемуся у Стрельникова в голове и частично в бумаге, бетоном и арматурой он собирался заняться дней через десять, не раньше. Хотя, с другой стороны…