Брат Константин, с широченной улыбкой, а чего бы ему не улыбаться, сейчас ведь снова диспут будет о пользе корней лопуха, ввалился в покои лекаря и с разбегу выпалил:

— Касьян, там Вавель татя поймал. На что хворый, а уже сторожит.

— Татя?

— Да, какой-то человек хотел в конюшню к нам пробраться.

— И где он сейчас? Ты его с кем оставил? Сюда привёл?

— Кого? Вавеля?

— Татя, — не понял Коська.

— А, так тать убежал, как я велел Вавелю его отпустить.

— А ежели он снова припрётся пока тебя нет?

— А Вавель же там.

— А это не мог быть Третьяк? — Коська домой стал было собираться, но вспомнил про лечение. Ему же тоже зелёным пламенем делиться с монасем.

— Не знаю.

Началось лечение, Касьян держал руку зелееварца, а Язеп через руки парня окутывал зелёным пламенем руку пациента и всё время понукал Коську, чтобы и он вливал лекарскую силу. Парень тужился, ну а чего уж получалось — непонятно.

— Закончили. Сегодня лучше у тебя, ученик, получилось. Растёт сила. Завтра продолжим.

— Пойду, я там тати…

— Нет. Сейчас будем вместе латынь учить. Уйдёшь, как и договаривались, на вечерней заре.

Событие тридцать второе

Сказать сакраментальную фразу: «А жизнь-то налаживается» было бы перебором. За четыре с лишним месяца после попадания в тело пацана Коськи, Константин Иванович почти смерился с тем, что не будет никогда при его жизни электричества, телефонов, да даже элементарной туалетной бумаги не будет. Летом ещё хоть лопухи есть, а зимой чего делать? Тряпку стирать каждый раз? Ну, так себе удовольствие, к этому невозможно привыкнуть. Не наладилась жизнь.

Однако плюсики кое-какие всё же появились. Он теперь живёт в большом доме, где у него есть своя комната. Про минусы этой комнаты потом. Ещё плюс — это ученичество у княжьего лекаря Язепа. Он пока ещё не настоящий маг и руки у него зелёным огнём не светятся, но если верить тому же Язепу, то сила в нём растёт и рано или поздно и он сможет руками светить.

Ещё плюсик… наверное, всё же плюсик — это то, что у них в доме поселился замечательный сосед, на трубе не играет, зато учит Коську зелееварению и начаткам греческого, сам так себе эллинист, но лучше знать немного, чем не знать вовсе. А теперь ещё они вместе с братом Константином у княжьего лекаря совершенно безвозмездно и латынь изучает, тот тоже не самый главный в мире полиглот, но то же самое, лучше немного выучить латынь, чем не знать её. Сейчас все книги доступные в Европе либо на греческом, либо на латыни. А книга, как у них написано было в коридоре школы на первом этаже — это источник знаний.

Четвёртый плюсик — это работник Сашка. Парень не соврал, он в самом деле умеет доить коз. И теперь этим занимается утром и вечером. В сумме с десяти коз получается в разные дни от пятнадцати до двадцати литров молока. Тут уж пани Валенса не соврала, не соврамши, одна коза, по имени Егоза, вообще, регулярно давала больше двух кувшинов молока, а в кувшине больше литра точно.