Раздумывать, считать шансы, и прочей подобной ерундой заниматься в данном случае нельзя. Сколько бы немцев не было, а если они его поймают, то убьют. Он не князь. Остея, возможно в живых ради выкупа оставят, а вот его точно вздёрнут или голову отрубят, попадись он им живой. У него… ладно, у них в телеге куча трофеев с немцев. Плащи эти с длиннющим названием «герренмантель», мечи, кинжалы дорогие. И кошели. Явно среди убитых были полу-братья, а то и братья. Та фляжка серебряная не могла быть у простого кнехта, там куча денег. Опять же, плащи эти тоже простым кнехтам не положены, там даже в названии про герров — херров. Дворян они положили прилично. Спросят за каждого. Потому, лучший способ избежать петли для него — это убить как можно больше немцев, а потом сбежать. В лесу без собак ночью хрен они его найдут. В идеале нужно прихватить с собой мешок с немецкими кошелями, все в их отряде так устали и проголодались, что позабыли деньги у Коськи изъять. Завтра бы сытые и отдохнувшие опомнились. В общем, пора стрелять, огонь.

Касьян прицелился в лицо немца с арбалетом. Примерно пятнадцать метров. Чего тут не попасть⁈ Да, опять чужой арбалет, непристрелянный, но ведь всего пятнадцать метров. Рукой можно стрелу добросить.

Арбалетчик под веткой, то ли думал, что он невидимый, то ли, что он бессмертный. Стоял и на огонь смотрел. Ну, сам виноват. Коська надавил на скобу. Тетива щелкнула, и немец через секунду заорал. Это пока стрела летела ему в голову, пока прорывала кожу, пока рецепторы всякие в мозг сигнал боли подавали, пока лёгкие набирали воздух для крика, в общем секунда целая.

— А! — и арбалетчик рухнул.

Коська выкатился из-под телеги. Теперь понимал, что зря он это затеял. Да, стрелять удобно, но вот выбираться… Сколько времени потерял. Нога чуть между спицами колёс не застряла, арбалет за кочку травы зацепился. Долго, наверное. Однако, время не ощущалось, мозг был занят планированием. Вот он выкатывается из-под повозки, вот встаёт, прикрываясь кучей мешков на заднике телеги, вот суёт ногу в стремя.

Бамс и тетива уже в прорези, а парень в желобок стрелу вставляет, когда успел только вынуть из колчана. Тот дойч, что стоял по другую сторону дуба, исчез. Зато над орущим арбалетчиком склонился ещё один, у этого арбалет даже не заряжен, перекинут через плечо, как в будущем будут винтовки носить или автоматы. Одет арбалетчик в стёганную фуфайку и под ней не видно кольчуги. Фьють, и стрела входит ему в шею. Касьян и этому в голову целился но видимо рука дрогнула, а получилось ничем не хуже. Этот даже заорать не успел. Стоял, чуть склонившись, над орущим собратом, и вот уже падает прямо на него, обливая того кровью из распахнутого в немом крике рта.