Владимировичи поставили все на зеро и окрыленные успехом попытались захватить меня, чтобы, как они говорили, судить. Дворец Белосельских-Белозерских, где я проживал, был пустым, как и Зимний, как и полицейские участки с отделениями ИСБ… осознание пришло слишком поздно. Настал тот момент, когда можно будет одним махом прихлопнуть всех, кто мешал необходимым изменениям или играл роль недалекого дурака в играх разведок.

— Вот теперь точно пора! Михаил Фридрихович, отдайте приказ действовать предельно осторожно и не лить понапрасну кровь. Если мятежники не согласятся сложить оружие, стрелять на поражение.

— Слушаюсь!

То, чего я ждал и готовился, произошло. Бывший двадцатый корпус, два батальона штурмовиков, московское подразделение «охраны» и жандармы лишь ждали команды. После того, как фон Коттен отдал приказ, до поры не показывающиеся бойцы войск ИСБ и штурмовики вышли на улицы столицы.

Первые выстрелы раздались буквально через несколько минут. Пока все не заглушил работающий вдалеке пулемет и взрывы артиллерийских мин. В Петрограде начались боевые действия, а за ними неизбежные грабежи и погромы, без чего не обходится при любой вспышке мятежа.

Мои бойцы не жалели мародеров и грабителей. Закон и порядок! Строй штурмовиков в касках и бронежилетах с автоматами Федорова внушал надежду горожанам, что все закончится благополучно. Я лично выехал со своей охраной, чтобы увидеть собственными глазами тех, кто решил встать с оружием против своих же братьев.

И тот, кто ищет, всегда найдет. На нашем пути встала рота солдат. Моя охрана, недолго думая открыла заднюю дверь одной из машин и выкатила вперед пулемет, но бойцы не стреляли без приказа.

Строй испуганных солдат под прицелом пулемета, ощетинился штыками. Превращаясь постепенно в испуганную толпу, которой движут инстинкты, а толпе нельзя показывать свой страх. Несмотря, на все попытки удержать меня, я вышел вперед прямо перед строем солдат. Штыки угрожающе блестели в последних лучах солнца, но страха смерти не было.

— Кто ты, солдат?

Молодой голубоглазый парень с побледневшим лицом несколько раз взмахнул ресницами и только после тычка товарища ответил.

— Рядовой Кошкин, сто семьдесят первый пехотный батальон…

— Что ты здесь делаешь, рядовой?

— Приказали!

— Приказали поднять бунт против законной власти?

— Не могу знать, ваше императорское высочество! — пришел в себя солдат.

— А ты тоже не знаешь? — спросил у соседа Кошкина.

— Сказали, царя от народа прячут. Что хотят веры нашей лишить и отправят умирать на немецких пулеметах…

— Император находится на лечении в Крыму, а вы все участвуете в вооруженном мятеже во время военного положения, когда наши доблестные защитники не жалеют собственной жизни. Ты хочешь украсть у моих солдат победу?