Совсем недавно в Лесу Кукол эта хитрая тактика принесла Учителю успех. Совсем недавно, — но все же в прошлом. В этот раз Элиар был готов. Учитель — великий мастер иллюзий, владеющий техниками подчинения и абсолютного контроля… ни в коем случае нельзя подпустить менталиста близко и позволить его силе коснуться своего разума хотя бы краем, хотя бы ореолом. Если он только раз ошибется и спутает иллюзию и реальность, все будет кончено. Нельзя проявить нетерпение и неосторожность: в этой тонкой игре малейшая ошибка может стоить жизни.
Тем временем эманации чужих мыслей тончайшими иглами покалывали ментальное поле Элиара: тень мастерски оплетала разум жертвы энергетическим коконом иллюзий. В постоянно меняющихся кружевах морока тень терпеливо подбирала узор за узором, как подбирают ключ к дверному замку… но тщетно: проникнуть внутрь ей так и не удавалось.
Ни один человек не выдержит гипнотического воздействия феникса. Так почему же он устоял?
Конечно, Учитель еще не полностью вошел в силу. А если бы и вошел… Элиар жестко усмехнулся, вдруг осознав кое-что очень важное: даже подобный пылающему солнцу феникс не сможет полностью подавить волю достигшего божественного воплощения дракона. Даже там, в маленьком рыбацком домике в болотах Ангу, Учитель сумел обмануть его лишь потому, что он сам был готов обмануться.
Сила феникса билась о его защиту, рвалась внутрь разума, чтобы расколоть, разбить его на мелкие осколки, завладеть целиком. Сила феникса была ужасающим, неудержимым пламенем, сметающим на своем пути все преграды и заслоны. Но дракон… божественный дракон, от века сплетающийся с ним в неистовом противостоянии, все равно оставался незыблем и непобедим.
Нападавший обессилел не менее обороняющегося, но не добился успеха. Будет ли победитель в этой вечной схватке?
Наконец Учитель понял, что так просто не совладает с ним. Ученик не покорился его силе, и не оставалось ничего иного, кроме как отступить, сохраняя достоинство.
— Как посмел ты скрывать от меня, что достиг воплощения высших небожителей? — Тень сердито смотрела на него чужими глазами, полными черного огня.
— Учитель не спрашивал. — Элиар пожал плечами, медленно освобождаясь от остатков ментальной власти наставника.
— Черный дракон — уникальный зверь души, — холодно продолжила тень. — Из всех живущих оборачиваться им мог только падший бог, имя которого не следует называть. Как случилось, что твоим зверем души также стал черный дракон? Неужели, жаждая могущества Черного Солнца, в безумии своем ты стал поклоняться Деннице и возносить ему темные жертвы? Неужели ты хочешь, чтобы он освободился из оков и вернулся в мир, чтобы разрушить его, как сказано в пророчестве?