В тот же миг Элиар почувствовал, что ему следует опасаться не только кровотечения: лоб Учителя стал горячим. Начиналась лихорадка… Но обдумать эту новую напасть Элиар уже не успел. Последовала мощная искристая вспышка, в лицо ему брызнул свет — ослепительно яркий после окружающего мрака, — и Элиар крепко зажмурился, на миг лишившись зрения. Совсем рядом, плавя песок и камень, открывался знакомый пылающий портал, из которого в их маленькое убежище решительно шагнули Яниэр и Шеата.
Оба выглядели донельзя встревоженными и потрепанными, будто, прежде чем явиться сюда, некоторое время ожесточенно сражались друг с другом, а может, и с Игнацием, но каким-то образом все же смогли договориться. Хвала небожителям!
Глядя на сияющее белое зарево волос Яниэра, на его лучезарные одежды, густо вышитые серебряной нитью, Элиар прищурил усталые глаза и с огромным облегчением перевел дух. В кои-то веки появление ненавистного Первого ученика принесло искреннюю радость. И в кои-то веки тот не опоздал, когда был так нужен, на сей раз успев спасти Учителя.
Выяснять сложные отношения было некогда, и Черный жрец почти прорычал, обращаясь к очередной раз предавшему его Яниэру:
— Уведи нас в Волчье Логово, живо! — Распахнувшийся магический портал частично испарил низко нависающие над ними каменные своды. Скоро выбравшись из едва не ставшей им могилой каверны, Элиар смог наконец вдохнуть глубже и подняться в полный рост с почти невесомым телом Учителя на руках. — Открывай проклятый портал в Бенну!
Эпоха Черного Солнца. Год 359. Сезон весеннего равноденствия
Зацветает розовая вишня. День тридцать пятый от пробуждения Бенну. Цитадель Волчье Логово
*черной тушью*
Бледное гордое лицо Красного Феникса казалось совершенно измученным.
Изо рта и ушей его беспрестанно сочилась кровь, что было не только болезненно, но и очень опасно — в любой момент могло случиться кровоизлияние в мозг. Со вчерашнего позднего вечера, когда они вчетвером возвратились в Бенну из-под завалов Красных скал, ситуация не изменилась к лучшему и даже более того — постепенно ухудшалась. Всю ночь, не смыкая глаз, Элиар провел в Красных покоях у постели сраженного страшным недугом наставника. Самые опытные и доверенные врачеватели храма Затмившегося Солнца приложили все усилия, но оказались бессильны остановить или хотя бы замедлить обильное истечение крови.
Элиар не знал, что ему делать: в сложившейся ситуации великий жрец был беспомощнее младенца. Он хотел бы просто беззвучно плакать, стоя на коленях у изголовья, и крепко держать бесчувственного Красного Феникса за руку, но не мог.