— Что с тобою случилось? — меж тем вопросил Красный Феникс, обратив внимание на ее изрезанные пальцы и ступни. — Откуда кровь?
Закрыв лицо руками, Агния беззвучно расплакалась от чувств. Она и не заметила, а действительно… широкие полы ее ученических одежд уже совсем промокли от крови.
— В спальной комнате я разбила зеркало… — наконец призналась Агния, с трудом взяв себя в руки. — Оно показывало ту, что более не нужна вашей светлости…
— Тогда это было кривое зеркало, — неожиданно смягчившись, проронил Учитель и отер ее слезы своим вышитым рукавом, алым крылом феникса. — Оно обманывало тебя, моя маленькая глупая Ивица. Как можешь ты быть не нужна? Ты подаешь большие надежды, иначе бы я и не подумал взять тебя в храм. Ты — колоссальная ценность для всего нашего народа. Ты словно великая матерь, в священных чреслах которой вызревает плод будущего Совершенных. Ты должна быть достойна этой ответственной миссии. Ты должна неустанно работать над собой, трудиться не покладая рук…
— Что? — не поняла Агния, не смея верить своим ушам.
Услышав произнесенные Учителем пророческие слова, Агния Ивица Лира испытала шок, испуг, нерешительность… и в то же время — прилив необычайного глубинного вдохновения, почти религиозного экстаза. Агния сразу поняла: все это не обман. Учитель не пытается ввести ее в заблуждение, одурачить и отвлечь от боли яркими красивыми посулами, словно несмышленое дитя. Нет, несмотря на юный возраст ученицы, несмотря на колоссальную разницу в их статусах Красный Феникс Лианора воспринимал ее всерьез и, кажется, действительно видел в ее судьбе нечто большее, чем судьбу рядового человека. Он никогда не отвергал ее любовь и почитание, не считал их менее ценными, чем у старших учеников. Не передать словами, как это вдохновляло.
Внутренний взор вдруг прояснился, словно она была Видящей, и перед глазами возник весь ее грядущий жизненный путь. Агнии открылась подлинная цель, и цель эта была благородна и велика. Воистину, если и становиться матерью, то матерью целого народа, благословенного самими богами!
— Встань, — велел Красный Феникс, но тут же протянул руку и сам помог ей подняться: она была не в состоянии держаться на ногах. — Так, значит, твоя спальная комната вся в осколках, и ты не можешь вернуться туда. Смотри мне в глаза, девочка. Успокойся…
О, эти глаза… Никому в здравом уме не следовало приближаться к их глубокой морской синеве. Они были холодны и прекрасны, словно безвременная смерть на алтаре, словно священное подношение божеству, для которого приготовлены лучшие жертвы.