Все словно бы обрушилось в один миг: небо упало на землю и погребло под собой ее радужные надежды, мечты и, самое болезненное, иллюзии.
— Забудь о своих непомерных амбициях, — раздельно произнес Учитель, и ледяной тон его не предполагал возражений. — Забудь о самой себе — и не вспоминай, пока не будет приказано. Сейчас же ступай прочь и хорошенько подумай над тем, что услышала. И не смей попадаться мне на глаза до самого моего отбытия.
Агния подняла на наставника заплаканное лицо.
— До вашего отбытия? — непонимающе и жалобно переспросила она. — Но разве… разве мессир не возьмет меня с собой в Ром-Белиат?
Красный Феникс бросил на нее взгляд вверху вниз, словно раздумывая, удостаивать ли ответом, и покачал головой.
— Нет, — сухо отрезал он. — Я возвращаюсь в Ром-Белиат завтра утром. Один. А ты остаешься здесь, чтобы разделить тяготы обратного пути со своими братьями. Близится война, и все должны быть готовы к ней, закалив свое тело и дух. Ты не исключение. Ни по какой причине ты не должна чувствовать себя особенной, чувствовать себя избранной. Ты точно такая же, как другие ученики. И точно так же, как они, ты должна приносить пользу храму Закатного Солнца.
Заметив ее растерянность, Красный Феникс пожал плечами:
— Тебе не за что обижаться: ты получишь свое положение и власть. Бери, сколько сможешь взять. Чего тебе еще нужно? Ты будешь владеть тысячами людей: гордыми степняками, неистовыми южанами, царственными Совершенными, гибкими темнокожими рабами со всего востока… Ты будешь владеть всем, чем захочешь, за исключением одного: ты не будешь владеть мной.
Стало ясно, что ничего утаить от Учителя не удастся: он словно бы видит ее насквозь, видит малейшие движения ее трепещущего сердца.
— Я не посмела бы и помыслить о таком, ваша светлость, — прошептала смутившаяся Третья ученица, устыдившись и испугавшись того, как легко и безжалостно ее скрытые желания вытащили из самых потаенных уголков души. Вытащили и предъявили ей в доказательство, как неоспоримую улику. Агния была не готова к настолько откровенным словам: слишком непривычно услышать такое вместо всегдашних уклончивых и обтекаемых речей Красного Феникса… но, кажется, после трудного дня Учитель был взвинчен и легко выходил из себя. — Я мечтаю только о возможности служить вам.
— Ты должна служить не мне, — Красный Феникс сделал выразительную паузу и продолжил со всей строгостью: — а Ром-Белиату, наследнику великого Лианора.
От перенапряжения и страха Агнию пробила крупная дрожь. Хоть жар бросился ей в лицо, она никак не могла согреться. О небожители, по глупости своей она все испортила, настроила своего высочайшего покровителя против себя! Больше Учитель и не посмотрит на нее… Если сейчас он выставит ее вон, дело будет совсем плохо… она не переживет этого, не переживет. Какой кошмар, какой позор… позор…