— Со мной все в порядке, — тем не менее упрямо повторил Красный Феникс, не обращая внимания на слабость и на то, как предательская спальная комната начинает медленно вращаться вокруг него, грозя близким обмороком. — Я не нуждаюсь ни в чьей помощи.
— Конечно, мессир, — покладисто согласился Яниэр, не сдвинувшись с места. — Я совершил грубую ошибку. Наместник небожителей не нуждается в помощи недостойного смертного.
Меж тем слабость накатывала. Элирию вспомнилось мерзкое ощущение беспомощности, которое сопровождало его в Бенну в первые дни после возрождения. Тогда он едва мог ходить. Опираясь на плечо Шеаты, раз за разом он старался удлинить доступную ему дистанцию хотя бы на несколько шагов. Повторения мучительного опыта не хотелось.
Лениво шевельнув кончиками пальцев, Совершенный возложил ладонь на почтительно склоненную голову Яниэра: тот замер и, кажется, даже перестал дышать. Красный Феникс облизал губы — он явственно почувствовал, как течет по чужим меридианам духовная энергия — течет прохладной водой, которой так хотелось напиться. Словно бы он блуждал по бесплодной пустыне вот уже много дней, изнемогая от невыносимой жажды… Не будет вреда, если он припадет к источнику и сделает один глоток. Эта чистая горная река глубока и полноводна, ее хватит с лихвой для них обоих.
Плечи Яниэра чуть заметно дрогнули. Ментальная защита не отреагировала, пропустив Совершенного внутрь, и в то же мгновение контакт был установлен. А потом они вошли в прозрачную воду вдвоем и ледяные струи омыли их души. Изящная кисть Элирия покоилась на макушке ученика, четко на нужном месте. Здесь находилась точка выхода самой тонкой энергии, которую невозможно забрать силой, только пожертвовать добровольно.
Считалось, что этой концентрированной духовной энергией высшей пробы могли питаться только высшие небожители во время молитв и религиозных песнопений. Элирий впервые участвовал в настолько интимном сакральном таинстве, впервые был тем, кому подносили духовную энергию. Тем, кому жертвовали себя, словно божеству.
Главное, остановиться вовремя, а это не так-то просто. Жажда его сильна, духовный ресурс велик — и сейчас абсолютно пуст. Возможно, за счет добровольной жертвы удастся заполнить его целиком… но что станет тогда с его бедным Яниэром?
От катастрофической потери энергии он почти наверняка не оправится… и погибнет, словно хрупкая зимняя бабочка, до срока проснувшаяся в тепле.
Элирий глубоко вздохнул и отнял руку, колоссальным усилием воли разрывая ментальный контакт. Сила цвета вновь потекла по меридианам, тело понемногу оттаивало, и Красный Феникс с облегчением перевел дух. Он получил достаточно.