Отдыхает ли Учитель когда-нибудь, как обычные люди? Элиар не был уверен. Возможно, в личных покоях в господской башне Красной цитадели, окруженный верными Карателями и выставленными оповещающими иллюзиями? Да, скорее всего: там, где чувствовал себя в безопасности, Учитель мог позволить себе расслабление. Но здесь, в чужом краю, в стане врага, вряд ли он станет безмятежно спать.

Тем временем, опершись руками о резные подлокотники, Учитель поднялся. Острому взгляду ученика стало очевидно, как сильно утомлен наставник: в медлительных, текучих движениях сквозила непривычная, почти не скрываемая усталость.

— Помоги мне, — без выражения приказал Совершенный.

Эта просьба смутила Элиара. Он повиновался, мысленно сожалея, что привыкший к идеально отлаженному ритуалу переодевания Учитель вынужден испытывать затруднения от его неуклюжего содействия. Зашуршали дорогие ткани. Находись они сейчас в храме Закатного Солнца, метнувшиеся к верховному жрецу храмовые служки скоро и ловко освободили бы того от грузных церемониальных одеяний, каждую застежку, ленту и потайной крючок которых давно изучили; а после облачили бы своего господина в более свободные и комфортные одеяния для сна. Сам он возился намного дольше, от смущения своего только путаясь и затягивая и без того непростой процесс; тщательно следя за тем, чтобы, снимая один за другим слои верхних и нижних одежд, случайно не коснуться священного тела наместника небожителей. Когда с переодеванием было покончено и Учитель вновь опустился в кресло, Элиар стянул с его ног высокие дорожные сапоги, взамен надев мягкие туфли.

Оставалось только высвободить из высокой заколки собранные в традиционную прическу волосы. Аккуратно вытянув шпильку и распустив тугой узел длинных черных прядей, Элиар чуть заметно улыбнулся своим мыслям. Все-таки пагубное пристрастие Совершенных к украшениям не зря вошло в легенды. Одних только крупных каменьев на титульных одеждах Великого Иерофанта хватило бы, чтобы купить табун из тысячи чистопородных лошадей со сбруей в придачу. А подо всем этим пышным великолепием обнаружились еще два широких браслета, застегнутых на предплечьях Учителя, и множество тонких, как волос, изящно перевитых обручей, красовавшихся на запястьях. Узкую талию неплотно облегала цепочка-змея с поблескивающими в темноте рубиновыми глазками.

Страсть к драгоценностям, как и страсть к господству, была известной болезнью выходцев из Лианора.

— Начинай свой доклад, волчонок, — полуприкрыв глаза, без предисловий велел Учитель.

Вытянувшись в струнку за его плечом, Элиар привычно четко, не отнимая лишнего времени, рассказал все, что стало ему известно за последние несколько дней. Учитель сам вычленит важное и потребует полных сведений, если будет необходимо. На самый конец доклада Красный Волк припас наиболее щекотливые моменты, касающиеся распоряжений Яниэра, в исполнении которых он поневоле принимал участие, и тайной встречи с Янарой. Когда речь дошла до неприятного инцидента с чтением личного письма Учителя, язык Элиара словно прирос к небу, и, кратко заметив, что поручение выполнено, он замолчал и потупился, усиленно разглядывая ничем не примечательный рисунок на ковре под его ногами.