Она что-то хотела ответить, но тут в дверь ударили так, что пол задрожал, и она открылась, повиснув на одной петле.

— Ух ты, как у вас здесь интересно, — раздался знакомый голос. — А вот это у вас, Андрей Михайлович, такой разговор с потенциальной клиенткой, или мы помешали чему-то очень пикантному?

Я только зубами скрипнул. Ну да, наверное, со стороны мы так и выглядим. А если учитывать такой факт, как разорванная одежда… И ведь никто не поверит, что моя рубашка повредилась в ходе нешуточной борьбы за жизнь, а её одежду исполосовал всё ещё висящий на шторе кот.

— Мяу-у-у, — оборотня перебил вой кота, снова раздался треск разрываемой ткани, а потом грохот. Гардина не выдержала упитанную пушистую тушку и рухнула на пол.

Тело подо мной содрогнулась, и Анфиса расхохоталась, да так, что у неё на глазах выступили слёзы. Я же быстро поднялся и сделал шаг в сторону, подобрав пистолет. Разрядив оружие, бросил его на стол и повернулся к Савинову.

— Как она прошла? — никогда не думал, что умею шипеть так, что мне любая змея позавидует.

Анфису тем временем подняли с пола со всем почтением, но руки всё-таки связали, причём за спиной.

— Я уже говорил, что Марк Анатольевич отличался странной логикой, раздавая допуски в поместье, — устало проговорил дворецкий. — Я не получаю в таких случаях оповещения от защитного контура, а живых охранников у нас нет. Поэтому вот так и получается.

— Так, хорошо, — я потёр виски. Похоже, моя теория о том, что мы эмпирическим путём будем выяснять, у кого есть допуск в дом, начала получать подтверждение. — Ты знаешь всех, кому Минаев раздал допуски?

— Только восьмерых человек, кто в своё время этими допусками воспользовался, — сразу же ответил Савинов. — Госпожа Голубева тоже присутствует в этом списке. Но это не значит, что нет кого-то ещё.

— Понятно, — я задумчиво посмотрел на Анфису. — Подготовь мне хотя бы этот список, а её запри где-нибудь. Руки не развязывать и предупредить мужа, чтобы забирал. Не уложится в три часа, я её лично в ближайшем болоте утоплю. Она моего кота чуть не покалечила. Да, поставьте дверь и верните гардину на место, шторы поменять.

— И у тебя поднимется рука на женщину? — хрипло спросила Анфиса. — Если придётся выполнить угрозу и утопить меня на радость болотной нечисти и нежити?

— Поверь, поднимется, дорогая, — ответил я, обводя её пристальным взглядом. — Я вообще отъявленный феминист, и двумя руками за права и свободы для женщин. Вот только при этом прекрасные дамы не должны забывать, что вместе с равными правами они могут заиметь и такие, как право на получение по морде и другие нехорошие последствия.