От меня толку было маловато, но и я, особенно глядя на эльфа, старалась хоть что-то полезное сделать. Нет, конечно, я и без эльфа старалась бы, но глядя на него — особенно, вот бывает такое, что видишь, как человек старается, выкладывается, и тоже хочешь не отставать.

Когда я подошла, эльф сидел рядом с Беном, держа за руку, прикрыв глаза, почти неподвижно.

— Исо, — тихо позвала я.

Он отозвался не сразу, но я не и не настаивала, не хотела сбивать. Потом вздрогнул, шмыгнул носом, вытер нос пальцами… на пальцах немного крови. Посмотрел на меня.

— Я мешаю, да? — мне стало стыдно. — Прости.

— Ничего, — сказал он. — Я уже почти закончил. Надо отдохнуть немного, потом еще. А то сразу все равно не выйдет.

У Бена правая рука, плечо и правая сторона головы в ожогах. Лицо не сильно задето, но волосы сгорели все. И даже не столько ожог, не это хуже всего, но у него еще ключица сломана и ребра, легкое проткнуто осколками ребра, балка на плечо упала, смяла, он как-то пытался поймать, удержать… Без эльфа ему было не выжить. Мы когда пришли сюда, он уже почти без сознания был, дышал совсем с трудом, с кровью… ждали уже, что скоро умрет. Но Исо вытянул, и теперь надеялся дотянуть до конца. Кости поставил на место, срастаться начало, но нужно время. И нужны силы.

С остальными все намного проще, только ожоги и то не такие серьезные. Несколько человек надышалось дымом, пока помогали и вытаскивали, но тут даже я могла как-то помочь.

Утро почти.

Мы тут в небольшом хозяйственном сарае чуть в стороне от дома, его огонь не тронул. Сегодня можно поспать здесь, а завтра будет видно. Бена сейчас все равно далеко не увезти, он никакой дороги не выдержит. Его и трогать-то не стоит. И вот, уложили, принесли из дома уцелевший матрас. И нам с Исо тоже принесли, Исо так точно надо поспать и восстановить силы, да и мне…

Дальняя сторона дома больше пострадала. Там спальни, библиотека, отцовский кабинет. Столовая и гостиная впереди — почти целы. Крыша местами просела. На конюшню огонь перекинулся… Но это бабуля еще успела вовремя, все могло быть намного хуже. Завтра, при свете, можно будет лучше понять, где можно восстановить, где нет, и что с этим делать. Может и ничего еще, крышу перекрыть…

Как началось — толком никто не понимал.

Говорили, слуги тоже праздновали, пока хозяева в отъезде. Где-то свечи могли забыть, там искра… Но ведь они же не так праздновали, чтобы ничего не замечать.

Отцовский кабинет сгорел. И вот вряд ли в кабинете праздновали. Уж слишком все это…

— Исо, там поесть принесли, — сказала я. — И постель нам могут здесь постелить, я сказала, что ты не хочешь уходить.