Оба извернулся, успел заглянуть внутрь и зашептал.

— Там толстый добрый безопасник, наш, который на вызовы в инкубатор всегда приезжает, Хмарь, мужик, который ее увел и еще две бабы.

Не было печали, кто еще к нам явился?

Где-то минут пятнадцать было тихо, однако мало-помалу разговор набирал обороты, голоса становились все громче и громче, причем резче всего звучали два незнакомых женских голоса.

Мы с друзьями с недоумением переглядывались. Насколько можно было понять из обрывков, нас посетила группа из Министерства образования, отвечающая за безопасность обучения. Или думающая, что отвечает. Сыр-бор был из-за ремня Хмари, которым она якобы повлияла на учебный процесс.

Слышно было неважно, и мы втроем налипли на дверь, чтобы понять, что происходит. Врываться туда смысла не было, потому что Антонина судя по всему и так справлялась, медленно раскатывая визитеров в блин. Но хотелось подробностей!

Первая часть претензий касалась учебного процесса. И к моменту, когда мы догадались приткнуться к двери, люди внутри уже выяснили, что ни на какие баллы Хмарь повлиять не могла, потому что за те несколько дней, что она владела ремнем, не было устных испытаний, на которых она могла бы вырвать у преподавателя завышенную оценку. В процессе выплыло, что истинным хозяином устройства был другой человек, и гости пожелали получить его скальп тоже. А заодно выяснить, сколько всего оценок было получено преступным путем.

Но на этой точке Антонина ловко сбросила с повестки тему с владельцем устройства и перешла к рассмотрению полномочий комиссии. Которая явно не имела достаточных прав для операций на кампусе.

Жаль, что у нас был только звук. Я бы на это посмотрел. Потому что краткий миг оживления гостей был загашен Антониной в ноль. Она уличила их в нарушении процедуры, по которой они должны были предварительно согласовать свою акцию и с СБ университета, и с собственным министром.

— Но вы знаете, что у нас нет министра! Только исполняющая обязанности! — почти завизжала одна из дам.

— Вот когда будет, присылайте запрос, — отрезала Антонина.

Тут уж ее было слышно даже без прилипания к дверям.

— Спасибо за сотрудничество. Более вас не задерживаю.

Внутри повисла пауза, потом раздался шорох, и мы едва успели отскочить от двери. Дамы вылетели из кабинета, как засидевшиеся дома собаки, и ринулись к выходу. Их собственный безопасник едва успевал за ними.

— Даже чаю не предложили! — донеслась до нас возмущенная реплика.

«Во дают! Хотели бы чаю, сидели бы дома. Чего к нам-то переться?», — сердито подумал я.