Окон в зале не было. Все помещение было темно-серым, и пол, и стены, переходящие в потолок, и даже дверь, через которую мы вошли. Только редкие зеленоватые проблески разбавляли серую массу. Мне показалось, что нас кто-то съел — космический. И переваривает. Я поежился.

Помещение было даже освещено, только очень скудно: несколько светильников поблескивали на стыках стен с полом. Постепенно глаза привыкли к атмосфере желудочной норы, и я заметил, что в левой части стоят кресла, похожие на те, что я видел на тренинге. Они напоминали стаю одноногих фламинго: одни повыше, другие пониже. Вероятно высоту кресел можно было регулировать.

Нас встретили аспиранты Слон и Лодкин, которых я несколько раз видел в инкубаторе. Гелий отправил сюда всю нашу группу, и мы вместе с Софьей топтались на пороге. Кажется, всем было слегка не по себе, только Софья не выказывала никаких признаков беспокойства.

— Целых пятеро! Класс! — обрадовался рыжий и бородатый Слон.

Оба аспиранта были неуловимо похожи друг на друга, хотя Слон высился над Лодкиным сантиметров на пятнадцать. Впрочем, о чем это я, вполне уловимо: оба крепкие, кудрявые и бородатые, только у Лодкина борода была подлиннее. И в плечах он был пошире. Для полного сходства с боевым гномом не хватало только секиры.

— Пойдемте! Всё расскажу! — гостеприимно потащил нас к креслам Слон.

Мы последовали за ним.

— А чего темно так? — удивился Мавр. — Прямо здесь будем разговаривать?

— Ну да, а где еще? Темнота не нравится? Так привыкнете, потом еще жаловаться на солнце будете. А бегать туда-сюда мне неохота. Я на скалодром ходил в пятницу, ногу подвернул, временно инвалид.

Действительно Слон ощутимо прихрамывал. Сильно же он себе ногу повредил, раз за выходные его не вылечили.

Лодкин как будто услышал меня:

— А потому что к врачу надо было идти, а не выпендриваться — само заживет, само заживет. Тогда бы поговорили с людьми в нормальных условиях, а потом уже сюда.

Ага, нет у него своего Димы с волшебным ящиком. А у нас есть!

— Здесь тоже нормально, — отмахнулся Слон. — Условия, приближенные к боевым. Дамы и господа, рассаживайтесь. Все кресла одинаковые, высота регулируется, делайте как удобно. Никакого смысла поднимать их высоко смысла нет, всю работу на верхнем эшелоне сделаем мы. И не сегодня.

Мы собрались все в левом углу и расселись. На креслах были даже ремни безопасности, как в мобилях.

— Ремни пристегиваем. Так вырабатываются полезные привычки, — менторским тоном сообщил Слон. — Я серьезно. Нас сразу так учат, а то в порыве страсти рванешь вперед, чтобы подправить маленькую штучку, а под тобой пять метров. И всё, перелом, гипс, объяснительная в страховую. Хуже, чем с боулдеринга сверзиться. Маловероятно, что вы часто будете к нам приходить, но всё равно работайте как положено, а не как левая нога захотела.