Я заметил, что тут у Обы полезли глаза на лоб (мои-то вылезли давно, да там и остались). Представил, наверное, как мы нашим микроколлективом, даже если вовлечь весь состав инкубатора, обновляем наследие человечества.

Гелий заметил наше смятение, но только лишь шевельнул бровью. Он обозначил нашу роль в процессе и только потом упомянул, что этот самый внутренний фильтр будет отслеживать и востребованность элемента. При обнаружении дефектов в элементах он будет ставить на них метку неустойчивости и, в зависимости от востребованности, ставить в очередь на переработку. Чтобы то, что никому не нужно, не отнимало время.

— А если в цифрах? — осторожно спросил Мавр. — Сколько всего нам предстоит переделать?

— Если в цифрах, — вздохнул Гелий. — То от забора и до обеда. То есть, пока не наступил настоящий форс-мажор, вы работаете те же двадцать часов в неделю, но только здесь. Вы не отвлекаетесь ни на Трилобитов, ни на основной инкубатор, ни даже на собственные эксперименты.

И посмотрел на меня. Я опустил голову и стал разглядывать поверхность стола. Гладкая белая поверхность с тонкими серыми разводами изображала полное равнодушие. Хорошо, наверное, быть столом: точно знаешь, в чем твое назначение и куда тебе идти. Хотя нет, когда ты стол, даже ходить не надо.

Я вздохнул. Ужасно, что я все время болтаюсь как цветок в проруби. И сам это понимаю. Нет бы встать на рельсы и ехать к понятной цели, может, с Гелием получится лучше. Он уж точно круче, чем Швед. Только ведь я, получается, теперь остался без ментора. Руководитель у меня есть, а ментора нет. С другой стороны, а нужен ли он? Может, и ничего? Когда я поступал, я понятия не имел, что нужен какой-то ментор. Да и проблемы свои я решал сам, Швед мне по сути и не помог ни разу.

Запутавшись в выкладках, я вынырнул из своих мыслей и обнаружил, что Гелий перешел к техническим деталям и расписанию.

Свободы у нас поубавилось, теперь мы должны были приходить и уходить все вместе, чтобы никто не работал без контроля Хмари и Софьи. Никто — это Мавр, Оба и я.

— А я? Я что, ничего не буду делать? — возмутилась Хмарь.

— Конечно, будете, — заверил ее Гелий. — Просто основной вашей задачей будет контроль всеобщего состояния. А учитывая ваши способности в области создания коммуникационных элементов, такую работу мы вам и дадим.

— А у меня? — подпрыгнул Мавр. — У меня есть такие способности?

— У вас есть способности к безбашенному экспериментированию и скоростному получению результатов, — ответил ему профессор.

— А у него? — кивнул на меня Мавр.